- Он прямо на уроке ножом для бумаги пытался себя поранить, - заявил ребенок, придя из школы.
Оказалось, одноклассник периодически устраивал публичные селфхармды, то есть пытался себе навредить. Мне стало страшно. Не от душевного покоя подросток будет причинять себе боль.
На мой звонок наша классная с отрешенным спокойствием опытного патологоанатома обещала поговорить с мамой мальчика.
Спустя пару дней я набрала школьного психолога. Та была не в курсе. Ей никто не сообщил. Казалось бы, на разговор с мамой и сыном педагог должна была и ее позвать. Но нет. Решили по-тихому сами разобраться.
Я честно не знаю, чем всё закончилось. Мальчик жив, только иногда жалуется одноклассникам, что маме на него плевать.
А я на этой истории поняла, как появляются шутеры.
Каждый раз после очередного расстрела в школе обвиняют учителей в том, что они ничего не замечают. Замечают! И все про своих учеников прекрасно знают. Только проблем себе лишних не хотят, да и не все от них зависит.
Порой их желание помочь ребенку упирается в абсолютное равнодушие родителей. Которым бывает настолько плевать на чадо, что даже, если он котяткам и хомячкам начнет головы откусывать у них на глазах, они и бровью не поведут.
Вот сообщила бы наша учительнице психологу, та бы выявила у него какие-нибудь нехорошие склонности, сообщила директору, тот опеке, опека к родителям, а тех бы самих к психологу. Тупик. Задача не решена. Только теперь о ней все знают. И в случае ЧП всю эту славную цепочку обвинят в бездействии - знали, но не решили.
Поэтому лучшая тактика для всех участников этой печальной репки - "Он был такой тихий ребенок. Не знали. Не подозревали. И подумать не могли".