Среди всех царских утех и причуд Николай Павлович не отставал, поэтому, как и все императоры имел свою особенность.
В отличие от прочих правителей Николай Павлович никогда не курил, из спиртного мог позволить себе бокал шампанского во время мероприятия, но не имел тяги, а в еде предпочитал правильную и сбалансированную пищу, вообще не употребляя сладкого. Как говорили его подданные, правитель питался по-солдатски.
Казалось бы, такой правильный император, что может стать его особенностью? Николай Павлович безумно любил соленые огурцы. Он ел их на завтрак обед и ужин.
Завтрак Николая I начинался с чая, к чаю подавали кисло-сладкий хлеб и примерно пяток соленых огурцов. В свой обед в меню императора так же были огурцы, а вот ужин Николай пропускал, но вечером выпивал немного огуречного рассола, либо мог позволить себе чашечку чая и снова соленые огурцы.
Диковине императора все удивлялись, ведь привыкли, что если император, то обязательно либо застолье, либо выпивка, либо прочие причуды, а здесь, как писал о Николае зарубежный художник и друг императора Орас Вернье: «император российский трезвенник, коих не встречал. Трапезничать предпочитает супом из капусты с салом, немного мяса, рыбы и птицы, а так же соленые огурчики, кои предпочитает каждодневно к каждому приему пищи».
До наших времен дошел фирменный рецепт соленых огурчиков царя. Секрет состоял в специях. Брали семь килограмм огурцов, штук 15 зонтиков укропа и по 10 листочков хрена, вишни, черной смородины, добавляли около трех стаканов зубчиков чеснока, две столовые ложки соли. Вымытые огурцы укладывали слоями. Сначала шли зонтики укропа, листья хрена, смородины и вишни, затем чеснок, после укладывали огурцы, заливали соленой водой и сверху накрывали остатками листьев. Закрыть крышкой и оставить в комнате, чтобы огурцы поменяли свой цвет. В подготовленную тару перекладывали огурцы и чеснок, рассол прокипятить и залить к огурцам на пару минут, затем снова слить и прокипятить. После разлить и закатать тару.
Незамысловатый рецепт приходился по вкусу не только императору, но и всем его гостям.