У людей зачастую складываются ложные представления о других народах - потому что кому-то выгодно, чтобы народы жили во вражде. Но виноваты не народы, не простые люди, труженики - а прорвавшиеся к власти прислужники Нового Мирового порядка. Поэтому я считаю своим долгом призывать людей честной воли к миру и любви - где бы они ни жили. Наша семья очень много ездила по миру, мы жили в различных частях Европы, Америки и Юго-Восточной Азии. И везде мы видели множество прекрасных людей. Эти путешествия, эти долгие проживания в различных частях мира позволили мне узнать страны и народы не из фильмов, не из пропаганды - а изнутри, как они есть.
Продолжаю делиться отрывками из книги "Аким - грибной человек", в которой рассказывается о наших путешествиях, приключениях и жизни в других странах, среди различных народов. Сегодня и в ближайших публикациях - о наших первых годах в США, в середине 1990-х. Надо сказать, США были тогда совсем другой страной, чем сегодня. Но простые люди - американцы - мало изменились. И они с огромным уважением относятся к русскому народу.
О Чарльзе, дорожной полиции, и о покупке автомобиля
Буквально на второй день после нашего приезда мы познакомились с Чарльзом - тем самым дядечкой, скорее дедушкой, на машине которого нас встречал в аэропорту Евгений Владимирович. Чарльз был по-особенному расположен к русским: наверное, уже за то, что мы не считали его, в отличие от его соотечественников, скажем так - дурачком. Чарльзу было около шестьдесяти лет, он жил один, в маленьком домике на окраине Берриен Спрингса. Была у него когда-то и семья, но как-то вся поразбежалась. Работал он водителем грузовика. Грузовик у него был свой собственный, средних размеров, и работал он на нем по своему собственному графику. Иными словами, он был одинокий чудак, у которого была уйма свободного времени, и тратил он это время не так, как прочие американцы. Я писал о нем, когда писал о тракерах.
Он и начал приобщать нас к Америке: возил на природу, говорил, в каких ресторанах стоит питаться, а в каких - нет, в каких магазинах стоит скупаться, а в каких не стоит, и т.д. Хотя мы потом делали свои выводы. С Чарльзом мы отправимся через несколько месяцев в путешествие через всю Америку и увидим ее не глазами туриста, но глазами тракера - водителя грузовика. А пока, на первое время, пока мы устраивались, Чарльз одолжил нам свою вторую легковушку - старенький Крайслер ЛаБерон. На ней мы и отправились в свое первое путешествие - по местным маршрутам. И все же сумели нарваться на приключения. Вот как это вышло.
Мы потерялись. Поехали в магазин, а потом свернули куда-то не туда, оказались на скоростном шоссе, и вот мы уже едем по нему сами не зная куда. Саша была с нами, Аким в школе, но уже подходило время ему возвращаться домой, а нас дома нет. Мы нервничаем. Спокойствия не прибавило и то, что мы поняли по знакам, что едем мы в сторону противоположную от дома. А свернуть некуда. И вот, видим, на дороге разворот. Вот я и развернулся - чтобы поехать назад. Как оказалось, это не была такая уж хорошая идея - разворот этот был только для полиции. И вот, только я развернулся и поехал вроде как в сторону дома, смотрю - а сзади меня полицейская машина: летит, рычит, сверкает всеми огнями, как молниями. Я, естественно, сразу на обочину съехал, да еще так лихо, что подрезал кого-то, и полицейская машина с трудом поспела за мной и вписалась в поворот.
Чтобы не сердить полицейских еще больше, я поспешно выскочил из машины и полез в боковой карман - за документами. В этот момент двери полицейской машины распахнулись, как в боевиках, и я увидел два пистолетных ствола, направленных в мою сторону. "Фриз!!" услышал я. Это значит: замри, но тогда я еще этого не знал. Но как-то почувствовал, что лучше не спешить. Полицейские выскочили, скрутили меня, надели наручники и уложили на капот своего крузера. Но обыскав меня и не найдя ни оружия, ни наркотиков, наручники сняли и посадили меня между собою на заднее сиденье их патрульной машины. Там я и объяснил им, что заблудился, что машину одолжил у друга, что прав у меня американских нет, потому что я пару дней как приехал сюда, и что развернулся на хайвее потому, что еще не разобрался в их знаках - что было сущей правдой. Они оттаяли.
Но оканчательно подкупило их то, что я им объяснил, почему я выскочил им навстречу. У нас в России, говорю, так положено - а тогда так и было. Это значит, что ты уважаешь полицию, т.е. милицию тогда еще. Если вышел из машины и подошел к ним - значит уважаешь. Они одобрительно закивали - им очень понравилось, как в России уважают полицию. Отдали мне документы, никакого штрафа не взяли, и в почетном сопровождении полиции, с мигалками я доехал до дома. Вот такая была моя первая встреча с американской полицией. Пусть Господь благословит этих ребят.
Как ни здорово было ездить на Чарльзовом Крайслере, все таки мы не привыкли одалживать и занимать - нам хотелось приобрести свой автомобиль, прежде чем мы потратим все деньги. А тратились они достаточно быстро. Перед Новым годом кроме продуктов и подарков мы купили телевизор за 150 долларов, и от 1400 долларов, которые мы с собой привезли, у нас осталось около 1150. Сейчас или никогда - так стоял вопрос. И мы решили - сейчас.
Меня, надо сказать, все отговаривали. Надо, мол, не спешить, изучить хорошенько разные модели, поездить по дилерам, найти специалиста и т.д. Я кивал. Григорий Григорьевич Аратюнян сказал мне, что у него есть знакомый где-то километров за пятьдесят, который занимается ремонтом и продажей автомобилей. Я взял все деньги, и мы поехали к его знакомому. Тот показался мне и вправду хорошим человеком. Он задал мне всего один вопрос - на какую сумму я расчитываю. Я сказал, что расчитываю на 1100 долларов. Он почесал в затылке и сказал, что за такую сумму у него вряд ли что найдется. Разве что... Разве что автомобиль, на котором ездит его жена. Он давно хотел дать ей автомобиль побольше. Вот на Новый год и подарит. Благо, этого добра у него хватало.
Жена и ее автомобиль, Плимут Каравелла, оказались дома. Григорий Григорьевич, увидев старые формы и угловатые контуры Каравеллы скептически помахал головой. Но мне автомобиль очень понравился. Темно-вишневого цвета, среднего, а по русским стандартам так и большого, с Волгу размера автомобиль был действительно не современной, обтекаемой формы, но именно таким я и представлял себе американский автомобиль: угловатым, старомодным, несколько неуклюжим, как в тех фильмах, что я когда-то еще в юношестве смотрел про Америку. Мне вообще всегда нравились старые автомобили - и чем старее, тем лучше. Главное, чтоб они не ломались.
А вот насчет этого Григорий Григорьич сильно сомневался. Когда я все-таки настоял на покупке и отдав деньги остался с последними пятьюдестью долларами, он посоветовал мне ехать на этом автомобиле тихонечко, чтоб тот не развалился на ходу. Я согласился, и так мы и доехали до дома - Григорий Григорьич ехал впереди, на своем модерновом Шевроле, и держал ради меня минимально возможную на хайвее скорость, а сзади ехал я, любуясь бархатистым салоном также темно-малинового цвета и сгорая от нетерпения дать по газам.
Купил я этот автомобиль не благодаря, а вопреки своей гордости, но по сердцу. И этот Плимут Каравелла прослужил мне верой и правдой все четыре года моей учебы в Андрюса, а потом еще на протяжении четырех лет верно служил нам, когда Алена приезжала доучиваться на летние сессии. За это самое время у Григория Григорьича сломалось и сменилось тринадцать, если я не ошибаюсь, автомобилей. Мой же Плимут выдержал все, и ни разу не подвел нас. Я в него и не заглядывал даже. Сел и поехал, в любую погоду, на любые расстояния. Однажды только в нем перегорела катушка зажигания, но стоила она копейки. Я всей душой привязался к этому автомобилю, который сделался как бы членом нашей семьи. С ним также связана удивительная история, о которой расскажу позднее, которая сделала меня "звездой экрана" и дала мне самых лучших и верных друзей, которых только можно было по всей округе найти.