Твоя хлопковая подруга Наташа, тем временем, не дремала.
Она сделала все, чтобы твоя жена Лена узнала правду об Ольге и твоем сыне.
Лена встала на дыбы и выгнала тебя.
Ты оставил ей все, как настоящий мужчина.
Идти в «общагу» тебе не хотелось.
«Я бы там спился!», - сказал ты.
И ты пошел к Наташе. Но Наташа захотела с тобой поторговаться.
И тогда ты предложил ей условие: «Родишь мне детей - буду жить с тобой!» - сказал ты.
Наташе только этого и надо было. В CCCP дети были самым надежным якорем для удержания мужика.
На следующий день тебя ждали заботливо приготовленные Наташей домашние тапочки, которые были заключительным аккордом в вашей сделке.
Ты заключил контракт не с Наташей. Ты на свою душу повесил цепи, а на шею удавку.
И отправился делать детей Наташе в проходной комнате в квартире ее родителей. Под неусыпным оком и ухом тещи – Мариванны.
Несвобода была лучше пьянства в общежитии.
Лариса Огудалова в "Бесприданнице" А.Н. Островского спрашивает Василия Паратова:
«У тебя что — тоже оковы? — Хуже. Кандалы. Я слово дал купеческое» - ответил Паратов. Твое человеческое слово оказалось крепче купеческого.
Наташа, приняв твои условия, вскоре родила тебе дочку Машу.
Но дорога в науку, как ты хотел, все равно тебе закрылась.
А также карьерный рост приостановился.
Несмотря на брак с Наташей, ты все равно попал в категорию «морально неустойчивых» из – за развода с Леной.
Да и с Ольгой ты работал в одном институте. А шила, как говорят, в мешке не утаишь.
А тут не шило – целый ребенок.
В таких случаях, возникает неодолимое желание «начать с чистого листа». Чистым листом для тебя стал другой отдел в том же институте, в котором ты и работал.
Этот отдел был самый главный в институте и назывался «спецчасть». Живые деньги в институте были лишь благодаря этой спецчасти.
Отдел занимался зданиями и сооружениями на всех предприятиях СССР, связанных с цветной металлургией и отвечал за то, чтобы эти здания стояли.
А, чтобы они не стояли, нужно было разработать проект усиления и восстановления несущих конструкций такой стоимости, что выгоднее было новый цех построить.
За это комбинаты хорошо платили. Страна была большая – работы хватало. И командировок тоже.
Тебе нужны были люди в группу.
Начальник спецчасти А. Пискорский поставил тебе условие: «Выпустишь проект – станешь главным специалистом!»
Так я пришла к тебе в группу.
Мне было 32 года. Твоя жена Наташа активно размножалась, выполняя твои условия.
Она была беременна вторым ребенком на седьмом месяце.
На третий день мы полетели в командировку.
В Караганду.
В аэропорту, идя на посадку, я услышала: «Марта Георгиевна! Твоя сумка велика для тебя! Дай ее сюда!»
С тех пор сумки в командировках я больше не носила.
В этой командировке я была одна женщина в окружении пяти мужчин.
У тебя была кличка Потап.
Ты и вправду был похож на медведя: рост 182 см и вес 120 кг.
Нет, ты был не толстый, ты был большой!
Ты с детства был такой, и дома тебя звали Большун.
В семье ты был старший сын, кроме тебя были еще дочь и сын.
Тебе полагалось быть большим. Во всех смыслах.
Ты и вел себя как медведь. Такой осторожный умный зверь.
Сначала слушал, потом оценивал ситуацию и только после этого либо кидался в атаку, либо ретировался, прихватив с собой все самое дорогое для тебя.
Эта твоя звериная способность впоследствии не раз спасала нас.
Ты закрыл собой для меня всех остальных мужчин, а меня прикрыл от всех злых языков.
«Ты по мне никого не равняй!» - говорил ты. Да тебе и не было равных.
Ты пришел ко мне на второй день командировки. Весь вечер ты рассказывал мне, не таясь, о своей жизни.
Я – не таясь, плакала о своей.
Ты сказал: «Я не увидел тебя в первый день нашего знакомства.
Я был с такого перепоя! Накануне мы пили у Пискорского!
Я думал, что испугаю тебя трудностями нашей работы. А ты стояла на своем: «Хочу работать!»
Ну, я и взял тебя. А вот увидел тебя я в аэропорту!
Будто пелена с глаз упала!
Иду по лестнице и вдруг вижу, как ты идешь мне навстречу!
«Боже, какая женщина передо мной!» - подумал я». Ты не говорил комплиментов.
Ты просто говорил обо мне, и в каждом слове был неподдельный восторг.
Будто держал в руках горсть бриллиантов.
Твоя искренность была настолько обнаженной, что можно было получить удар током, дотронувшись до нее.
Да ты и сам был "неотшлифованный бриллиант".
Мы стали близки с первой командировки.
Продолжение в следующей главе. Подписывайтесь на мой канал
#литература и культура #путешествия #отношения в паре #психология семейных отношений