Есть прекрасная поговорка: "Медведя все знают, а он ни с кем не знаком". Ведь правда, медведь для русского народа не просто один из самых известных и популярных зверей, он самый..родной, что ли, если вообще применима такая характеристика к диким зверям.
В те давние времена, когда леса были неотъемлемой части нашего быта, окружали нас, там мы добывали пищу, взаимодействие со зверем было невероятно плотным. Не только охотой или кратким свиданием обходилось это взаимодействие. Описываются случаи, что в Древней Руси в особо лютые морозы, зверь дикий не только приходил в деревни скот воровать. Но и иной раз вламывался в дом чтоб переждать мороз, в таком случае люди сами выскакивали из своего жилища и пережидали время пока не уйдет.
Тогда и сложилось это двойственное отношение к медведю. С одной стороны, он воспринимался как хранитель леса, мудрый зверь, а с другой, разумеется, представлял серьезную опасность. Его даже именовать старались как-то иначе, замысловато, а то и привлечь его можно. Поэтому даже название зверя в славянской культуре укоренилось иное, не то, которое было изначально. Медведь - это ведь иносказательное именование, "тот, кто ведает, где мед". Хотя есть даже версия, что не "ведает" а "едает", то есть, "тот, кто мед едает".
А как же звали этого зверя? Версий есть несколько. Кто говорит, что именовали до того латинским "орсо" (отсюда и "рось" даже иные выводят). Есть версия, что звали его на греческим манер "аркуда". Есть ещё экзотические выдумки неоязычников, которые мы даже приводить не будем. Наиболее логичной представляется гипотеза, что звали его когда-то "бер". Сравните: английский "bear", шведский "björn", немецкий "Bär". Ну а самое главное, наша "берлога", ведь она очень хорошо говорит чей это лог, не знаем мы слова "медведлога". К тому же "беру" относят и происхождение слова "бурый", который у нас тоже ассоциируется с мишкой.
Кстати, "мишка". Это вот откуда? Понятно, что от Михаила Ивановича или Потаповича. Но не все так просто. Ведь от инодевропейского "бер" отказались не только в русском языке, а вообще славяне. У кого-то он "ведмiдь", у других "медвед", так и у сербов, чехов. А вот у болгар и македонцев, зовется медведь "мечка". А это уже почти наш "мишка". Когда-то мы многое заимствовали из тех языков.
А знаете, что интересно ещё? На польском языке медведь - Niedźwiedź (читается, примерно: ниеджведь), на слух очень похож на нашего ведающего мед, но дело в том, что нет у поляков в этом именовании никакой связи с мёдом. Но и поляки не отрицают, что он "ведает".
Ведать мог медведь и не только о расположении и качестве меда, но ещё и в самом мистическом плане. В Повести временых лет есть история о черноризце Исакии, который жил в пещере, а бесы его старались запугать в том числе и в образе медведя. В медведя могли оборачиваться в народном фольклоре и колдуны, волхвы.
Это нам сейчас представляется, что любой тогда мог с рогатиной одолеть Хозяина леса. На самом деле, медведь представлял лютую опасность для человека. Лишний раз его беспокоить уж точно не хотелось. Да и он сам был гостем не таким частым и надоедливым, как те же волки и лисы. Вот и стал он особняком в нашем восприятии.
Мы продолжим тему русского медведя. Посмотрим во что трансформировалось наше это уважение. И если часто медведя олицетворяют с нашей страной, нашим народом, то очень показательно будет то, как мы поступаем сами со всем этим.
А воспринимают ли сегодня русских на Западе в образе медведя с балалайкой, мы говорили с американским славистом Ричардом Темпестом. Рекомендуем посмотреть интервью.