{"draftJsState":{"blocks":[{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Братья Бурлюки","type":"header-two","key":"3nj0r"},{"data":{"image":{"id":"615ac712797d4c00c8e5e6a3"}},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Николай Бурлюк. Фото из открытых источников","type":"atomic:image","key":"2b9i0"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"В отличие от старшего брата, Давида, Николаю Бурлюку досталось и славы поменьше (к тому же, даром художника он не владел), и в творчестве он не мог остановиться на чем-то одном (начал вместе со старшим братом, как футурист, но уже спустя пару лет переметнулся к акмеистам Гумилёва), да и судьба его оказалась трагической – как и того же Гумилёва, тридцатилетнего Николая Бурлюка расстреляли (с той лишь разницей, что ему не приписывали никакого контрреволюционного заговора, а просто в превентивных целях, как подозрительное лицо).","type":"unstyled","key":"658ii"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":24,"offset":0,"style":"BOLD"}],"text":"Николай Давидович Бурлюк (1890-1920) – поэт и прозаик.","type":"unstyled","key":"8jil6"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Николай Бурлюк родился в семье агронома Давида Фёдоровича Бурлюка, ставшего уже к тому времени управляющим имением Мордвинова и переехавшим на жительство в село Котельва Ахтырского уезда Харьковской губернии (ныне – Полтавская область Украины).","type":"unstyled","key":"c8rpv"},{"data":{"image":{"id":"615ac78d102be861558bff01"}},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Семья Бурлюков (Николай - во втором ряду третий слева). Фото из открытых источников","type":"atomic:image","key":"dntfo"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"После окончания в 1909 году Херсонской мужской гимназии он был зачислен студентом историко-филологического факультета Санкт-Петербургского университета, затем перевелся на физико-математический факультет (агрономическое отделение) и 12 февраля 1914 г. получил выпускное свидетельство о прослушании полного курса наук в Санкт-Петербургском университете.","type":"unstyled","key":"adhol"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Николай Бурлюк во многих отношениях представлял собой полную противоположность своему бойкому старшему брату. Насколько выразительной, осязаемой, пластичной — и в жизни, и в творчестве — обозначается фигура Давида, настолько нечетким, расплывчатым, почти эфемерным представляется образ младшего из братьев Бурлюков.","type":"unstyled","key":"6q866"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":866,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"«Третий сын, Николай, рослый великовозрастный юноша, был поэт. Застенчивый, красневший при каждом обращении к нему, еще больше, когда ему самому приходилось высказываться, он отличался крайней незлобивостью, сносил молча обиды, и за это братья насмешливо называли его Христом. Он только недавно начал писать, но был подлинный поэт, то есть имел свой собственный, неповторимый мир, не укладывавшийся в его рахитичные стихи, но несомненно существовавший. При всей своей мягкости и ласковости, от головы до ног обволакивавших собеседника, Николай был человек убежденный, верный своему внутреннему опыту, и в этом смысле более стойкий, чем Давид и Владимир. Недаром именно он, несмотря на свою молодость, нес обязанности доморощенного Петра, хранителя ключей еще неясно вырисовывавшегося бурлюковского града» (Из воспоминаний Бенедикта Лившица «Полутораглазый стрелец»).","type":"unstyled","key":"qts3"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Вместе с братьями Давидом и Владимиром, а также сестрой Людмилой (правда, в отличие от них, никогда не выступавшей как художник) с 1910 года активно печатался в изданиях кубофутуристов («Студия импрессионистов», «Садок судей», «Пощёчина общественному вкусу»).","type":"unstyled","key":"fvmg3"},{"data":{"image":{"id":"615ac807eb373e2351ec4732"}},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Сборник \"Садок судей\". Иллюстрация из открытых источников","type":"atomic:image","key":"bq37h"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":25,"offset":0,"style":"BOLD"}],"text":"ПОЭТ И КРЫСА — ВЫ НОЧАМИ…","type":"unstyled","key":"dqg30"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Поэт и крыса — вы ночами \nВедете брешь к своим хлебам; \nПоэт кровавыми речами \nВ позор предательским губам, \nА ночи дочь, — глухая крыса — \nГрызет, стеня, надежды цепь, \nОна так хочет добыть горсть риса, \nПройдя стены слепую крепь. \nПоэт всю жизнь торгует кровью, \nКладет печать на каждом дне \nИ ищет блеск под каждой бровью, \nКак жемчуг водолаз на дне; \nА ты, вступив на путь изъятий, \nБросаешь ненасытный визг, — \nВ нем — ужас ведьмы с костра проклятий, \nСлед крови, запах адских брызг. \nА может быть отдаться ветру, \nВ ту ночь, когда в последний раз \nЛюбви изменчивому метру \nНе станет верить зоркий глаз? — \nА может быть, когда узнают \nКакой во мне живет пришлец, \nИ грудь-темницу растерзают, \nМне встретить радостно конец? — \nЯ говорю всем вам тихонько, \nПока другой усталый спит: \n«Попробуй, подойди-ка, тронь-ка, — \nОн, — змей, в клубок бугристый свит». \nИ жалит он свою темницу, \nИ ищет выхода на свет, \nВо тьме хватает душу — птицу, \nИ шепчет дьявольский навет; \nТогда лицо кричит от смеха, \nЛикует вражеский язык: \nВедь я ему всегда помеха, — \nВсегда неуловим мой лик.","type":"unstyled","key":"4atee"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Валерий Брюсов, в целом назвавший материал сборника «Садок судей» находящимся «за пределами литературы», отметил, что у Николая Бурлюка (как и у Каменского) «попадаются недурные образы». Такой оценке литературного мэтра способствовала, по-видимому, и эстетическая умеренность произведений начинающего поэта, тем более очевидная на фоне вошедших в это же издание творений Д. Бурлюка и В. Хлебникова.","type":"unstyled","key":"6e1tj"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Николай был членом футуристической литературой группы «Гилея» (1910). Однако его поэтика по сути далека от нарочито «грубой», урбанистической и словотворческой (анти)эстетики Давида Бурлюка, Кручёных, Маяковского; для него характерны импрессионистическая образность, показ «сновидений», мифологические образы, установка на музыкальность. Он писал лирическую прозу («Глухонемая», «Артемида без собак», «Сбежавшие музы» и др.), а также теоретические статьи, формулирующие основные принципы футуристической литературы («Поэтические начала», «Supplementum к поэтическому контрапункту»).","type":"unstyled","key":"ef8vj"},{"data":{"image":{"id":"615ac87587680a0d6ac53721"}},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"На фото (сверху вниз): Николай Бурлюк, Давид Бурлюк, Владимир Маяковский, Бенедикт Лившиц и Алексей Крученых. 1911 г. Фото из открытых источников","type":"atomic:image","key":"dfc7r"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Именно теоретическую область его деятельности, в частности, ценил в первую очередь художник Матюшин, также примыкавший к кубофутуристам: «Поэт Николай Бурлюк был талант второстепенный, но он много помогал братьям в теоретизации их живописных затей». Статья Н. Бурлюка «Поэтические начала», написанная «при участии Давида Бурлюка», по-своему весомая, формулирующая важные принципы футуристической литературы, а также продолжающий ее фрагмент «Supplementum к поэтическому контрапункту» были опубликованы в увидевшем свет в марте 1914 года единственном (сдвоенном) номере «Первого журнала русских футуристов». Рассуждая в «Поэтических началах» о связи слова с «жизнью мифа», о мифе как «критерии красоты слова», касаясь вопросов роли авторского почерка в восприятии литературного текста, связи цвета и буквы и др., Н. Бурлюк заканчивает свою статью типично футуристическим выпадом: «Я еще раз должен напомнить что истинная поэзия не имеет никакого отношения к правописанию и хорошему слогу, — этому украшению письмовников, аполлонов, нив и прочих общеобразовательных „органов“. Ваш язык для торговли и семейных занятий». Еще более резок авторский тон в опубликованном в этом же издании полемическом «Открытом письме гг. Луначарскому, Философову, Неведомскому», в котором Н. Бурлюк рьяно отстаивает корпоративные интересы «бурлючества», — таким «сокращенным термином» он называет футуризм: «Вы, воспитанные под знаменем свободы слова со знанием диалектики и уместности сказанного, стараетесь убедить ваших читателей, что мы подонки Нашей родины.","type":"unstyled","key":"c4658"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"<…>","type":"unstyled","key":"ebkp"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Некоторые из вас борцы за свободу религии и труда и — вот какое позорное противоречие!! МЫ, ВАШИ БРАТЬЯ, а вы нас оскорбляете и унижаете за то, что мы не рабы и живем свободой. И если за нами идет молодежь нашей родины, то это ваша вина — вы были и есть азиаты, губящие все молодое и национальное».","type":"unstyled","key":"7860u"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":6,"offset":798,"style":"ITALIC"}],"text":"Возможно, многое, что сближало Н. Бурлюка с кубофутуристами, делалось им из «братской солидарности» (именно поэтому, по его признанию Лившицу, он «предпочитал хранить молчание», даже когда «у него самого возникали сомнения в целесообразности давидовых приемов пропаганды нового искусства»). Тем не менее, фактическое участие Н. Бурлюка в деятельности кубофутуристической группы было по-настоящему заметным и значительным. Его произведения были опубликованы во всех основных коллективных изданиях будетлян. Он активно участвовал в публичных выступлениях. Его петербургская квартира на Большой Белозерской улице, наряду с квартирой Кульбина в Максимилиановском переулке и домом Гуро и Матюшина на Песочной улице, стала одним из столичных «штабов» футуристов, своего рода «гилейским фортом Шабролем» (Лившиц).","type":"unstyled","key":"70eq8"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":6,"offset":0,"style":"BOLD"}],"text":"МАТЕРИ","type":"unstyled","key":"c6921"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Улыбка юноше знакома\nОт первых ненадежных дней,\nВоды звенящей не пролей,\nКогда он спросит: “Мама дома?”","type":"unstyled","key":"b3nbm"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Луч солнца зыбкий и упругий\nТеплит запыленный порог,\nТвой профиль, мальчик, слишком строг\nДля будущей твоей подруги.","type":"unstyled","key":"bbd95"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"В мае 1911 года Н. Бурлюк, ободренный снисходительной оценкой Брюсова, пишет ему: «Вы отчасти знаете меня по нелепому „Садку судей“, а теперь я вынужден просить у Вас той нравственной поддержки, которую я давно ищу.","type":"unstyled","key":"6q5os"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"<…> Я просто сомневаюсь в своем поэтическом даре. Я боюсь, что мой взгляд на себя слишком пристрастен. Поэтому я прошу Вас сказать мне — поэзия ли то, что я пишу, и согласны ли Вы, если первое правда, быть моим учителем».","type":"unstyled","key":"5a6ul"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Не получив ответа от главы символистов, Н. Бурлюк вынужден был искать другие творческие ориентиры. Даже в период подготовки и выхода в свет «Пощёчины общественному вкусу», фактически утвердившей существование сплоченной группы будетлян, он искал, в частности, контактов с другими художественными кругами. Этим контактам способствовало отчасти и позитивное отношение Н. Гумилева к поэзии Н. Бурлюка: «…С ним он поддерживал знакомство и охотно допускал его к вереификационным забавам «цеха» <…>, — писал тот же Лившиц. —По поводу обычной застенчивости своего тезки, тщетно корпевшего над каким-то стихотворным экспромтом, он как-то обмолвился двумя строками:","type":"unstyled","key":"7cdck"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":13,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Издает Бурлюк","type":"unstyled","key":"7qsv0"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":18,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Неуверенный звук».","type":"unstyled","key":"a11ur"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"В своей рецензии на «Садок судей» Гумилёв охарактеризовал (наряду с хлебниковскими) произведения Н. Бурлюка, как «самые интересные и сильные».","type":"unstyled","key":"euplq"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"И уже спустя пару лет Николай Бурлюк стал проявлять интерес к акмеизму, принимал участие в заседаниях «Цеха поэтов», приятельствовал с Николаем Гумилёвым. В 1914 году отказался подписать манифест футуристов «Идите к чёрту», где в оскорбительных выражениях характеризуются акмеисты, резонно заявив, что нельзя даже метафорически посылать к черту людей, которым через час будешь пожимать руку:","type":"unstyled","key":"6aiha"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Ваш год прошел со дня выпуска первых наших книг: «Пощечина», «Громокипящий Кубок», «Садок Судей» и др.","type":"unstyled","key":"a3s2s"},{"data":{"image":{"id":"615ac96887bd902369124480"}},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Николай Гумилёв. Фото из открытых источников","type":"atomic:image","key":"a3bkt"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Появление Новых поэзий подействовало на еще ползающих старичков русской литературочки, как беломраморный Пушкин, танцующий танго.","type":"unstyled","key":"7on4o"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Коммерческие старики тупо угадали раньше одурачиваемой ими публики ценность нового и «по привычке» посмотрели на нас карманом.","type":"unstyled","key":"788g7"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"К. Чуковский (тоже не дурак!) развозил по всем ярмарочным городам ходкий товар: имена Крученых, Бурлюков, Хлебникова…","type":"unstyled","key":"afkhf"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Ф. Сологуб схватил шапку П. Северянина, чтобы прикрыть свой облысевший талантик.","type":"unstyled","key":"dopfa"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Василий Брюсов привычно жевал страницами «Русской Мысли» поэзию Маяковского и Лившица.","type":"unstyled","key":"50nee"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Брось, Вася, это тебе не пробка!..","type":"unstyled","key":"9jaem"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Не затем ли старички гладили нас по головке, чтобы из искр нашей вызывающей поэзии наскоро сшить себе электро-пояс для общения с музами?..","type":"unstyled","key":"f0vhc"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Эти субъекты дали повод табуну молодых людей, раньше без определенных занятий, наброситься на литературу и показать свое гримасничающее лицо: обсвистанный ветрами «Мезонин поэзии», «Петербургский глашатай» и др.","type":"unstyled","key":"4phqc"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"А рядом выползала свора адамов с пробором — Гумилев, С. Маковский, С. Городецкий, Пяст, попробовавшая прицепить вывеску акмеизма и аполлонизма на потускневшие песни о тульских самоварах и игрушечных львах, а потом начала кружиться пестрым хороводом вокруг утвердившихся футуристов…».","type":"unstyled","key":"9m4uo"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"В следующем году Бурлюк последний раз печатается (в альманахе «Весеннее контрагентство муз», 1915) и навсегда пропадает с литературного горизонта.","type":"unstyled","key":"f0bai"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Стихи Николая Бурлюка — это поэзия тонких психологических движений, неуловимых душевных нюансов, эмоционального импрессионизма. Мотивы одиночества, грусти, тоски, беспричинной тревоги, усталости как бы перетекают из одного произведения в другое, в совокупности выявляя своеобразный облик поэта, очевидно предпочитающего ночную тишину громкой суетности окружающего мира. «В своих кратких, скудных, старинных, бледноватых, негромких стихах он таит какую-то застенчивую жалобу, какое-то несмелое роптание:","type":"unstyled","key":"3v0vm"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"О берег плещется вода,","type":"unstyled","key":"bqsim"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"А я устал и изнемог.","type":"unstyled","key":"68t9h"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Вот, вот наступят холода,","type":"unstyled","key":"duas4"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"А я от пламен не сберег, —","type":"unstyled","key":"5tach"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"и робкую какую-то мечту:","type":"unstyled","key":"2avul"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Что, если я, заснув в туманах","type":"unstyled","key":"79gh2"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Печально плещущей Невы,","type":"unstyled","key":"ah3l5"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Очнусь на солнечных полянах","type":"unstyled","key":"fonr4"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"В качанье ветреной травы.","type":"unstyled","key":"bak69"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Он самый целомудренный изо всех футуристов: скажет четыре строки и молчит, и в этих умолчаниях, в паузах чувствуешь какую-то серьезную значительность:","type":"unstyled","key":"b85dl"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Как станет все необычайно","type":"unstyled","key":"at4fp"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"И превратится в мир чудес,","type":"unstyled","key":"7e7dk"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Когда почувствую случайно,","type":"unstyled","key":"aqeng"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Как беспределен свод небес.","type":"unstyled","key":"53u4h"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":40,"offset":130,"style":"ITALIC"}],"text":"Грустно видеть, как этот кротчайший поэт напяливает на себя футуризм, который только мешает излиться его скромной, глубокой душе» (К. Чуковский. Образцы футурлитературы).","type":"unstyled","key":"8j0u6"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"В 1916 году мобилизован в действующую армию на правах вольноопределяющегося, он служил в радиодивизионе. Он попал в электротехнический батальон, выучился там, закончил школу прапорщиков в 1917 году и стал телеграфистом, учил телеграфистов в военно-полевой школе. Воевал на Румынском фронте.","type":"unstyled","key":"a31iq"},{"data":{"image":{"id":"615ac9c77afe6d06de4d020c"}},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Вольноопределяющийся Николай Бурлюк. Фото из открытых источников","type":"atomic:image","key":"ciu96"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Зелёной губкой\nДеревья над рекой\nЕврейской рубкой\nСмущён Днепра покой\nШуршат колёса\nРвёт ветер волос\nВ зубах матроса\nДитя боролось.","type":"unstyled","key":"962c5"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"После революции Николаю Бурлюку пришлось служить и у гетмана Скоропадского, и при Директории, у Петлюры, и у красных, и у белых, в зависимости от того, в чьих руках оказывалась власть и проводилась мобилизация.","type":"unstyled","key":"bqgg"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"В 1918 году Николай женится на некоей Александре Сербиновой, вскоре у них рождается сын. К сожалению, об их судьбе ничего не известно.","type":"unstyled","key":"bekb6"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"С 1919 по 1920 годы он скрывается от мобилизации как в Белую, так и в Красную Армии, а в декабре 1920 года, посчитав что Гражданская война закончена, добровольно является в комиссариат для учета как бывший офицер. Это привело к тому, что на него заводится дело по обвинению в службе у белых и уклонении от мобилизации в Красную Армию. «Желая скорее очистить Р.С.Ф.С.Р. от лиц подозрительных кои в любой момент свое оружие могут поднять для подавления власти рабочих и крестьян» Николая Бурлюка приговаривают к расстрелу и 27 декабря 1920 года приговор приведен в исполнение.","type":"unstyled","key":"dk17q"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":12,"offset":0,"style":"BOLD"}],"text":"САМОСОЖЖЕНИЕ","type":"unstyled","key":"dqq39"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Зажег костер \nИ дым усталый \nК нему простер \nСухое жало. \nВскипает кровь. \nИ тела плена \nШуршит покров \nВ огне полена. \nЕго колена — \nЯзыков пена \nРазит, шурша; \nНо чужда тлена \nНебес Елена — \nОгнеупорная душа.","type":"unstyled","key":"b9ee7"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Обстоятельства гибели Николая Бурлюка долгое время оставались неизвестными и опубликованы только в 2001 г. Эмигрировавший в США Давид Бурлюк знал о расстреле брата, но, вероятно, скрывал этот факт из опасности повредить престижу своей семьи в СССР.","type":"unstyled","key":"6kvg6"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":27,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Осталось мне отнять у Бога,","type":"unstyled","key":"4p9r3"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":29,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Забытый ветром, пыльный глаз:","type":"unstyled","key":"4e48s"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":26,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Сверкает ль млечная дорога","type":"unstyled","key":"1euf5"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":26,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Иль небо облачный топаз, –","type":"unstyled","key":"2otf2"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":31,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Равно скользит по бледным тучам","type":"unstyled","key":"ee69d"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":29,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Увядший, тусклый, скучный ум.","type":"unstyled","key":"fp7ua"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":23,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"И ранит лезвием колючим","type":"unstyled","key":"5lhue"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":28,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Сухой бесстрашный ветра шум.","type":"unstyled","key":"3lpcv"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":25,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"О ветер! похититель воли,","type":"unstyled","key":"eoj6n"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":21,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Дыханье тяжкое земли,","type":"unstyled","key":"erbok"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":24,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Глагол и вечности и боли","type":"unstyled","key":"dr3k9"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":31,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"\"Ничто\" и \"я\", – ты мне внемли.","type":"unstyled","key":"e7dkj"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"В 2004 году Андрей Крусанов, автор четырехтомника «Русский авангард», опубликовал ответ из СБУ, Службы Безопасности Украины по Сумской области, где ему прислали протокол, обвинительное заключение по Николаю Бурлюку. Это потрясающий документ того времени! Насколько он безграмотно и бесчеловечно составлен!","type":"unstyled","key":"d7mo5"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":11,"offset":0,"style":"BOLD"}],"text":"«Заключение","type":"unstyled","key":"dthb7"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"По делу № 607/196, по обвинению БУРЛЮК Николая Давидовича в службе у белых.\nЯ, Следователь Особотдарма 6 Рогов, рассмотрев настоящее дело, нашел:","type":"unstyled","key":"4psae"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"БУРЛЮК Николай Давидович, 31 года, происходит из мещан, Харьковской губернии, Лебединского уезда, села Рябушки, женат, большую часть жизни проживал в г. Херсоне. Русский, православный, сын бывшего управляющего одного из имений графа Мордвинова в Таврической губер<нии> (Черная долина), беспартийный, сам имущества никакого не имеет, семья состоящая из жены, ребенка и матери жены проживает в селе Веревчина – Балка Херсонской губернии. До 1909 учился в гимназии гор. Херсона с 1909 до 1914 г. в Петроградском университете, где и был студентом Сельско-Хозяйственного Университета г. Москвы до 1916 года после чего был мобилизован на правах вольноопределяющегося и служил в Электро-Техническом Баталионе и в 1917 году 15 Июля кончает школу Инженерных прапорщиков, после чего отправлен на Русский <Румынский?> – фронт и в 9 Радио-дивизионе сначала исполняет обязанности Пом<ощника> Нач<альни>ка Учебной команды, затем сам Нач<альни>к Полевой Радио-Телеграфной учебной школы.","type":"unstyled","key":"6t5mv"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"В начале Ноября 1917 года едит в Россию и привозит свою мать в Румынию гор. Вотушаны <Ботошани?>, и в Январе <19>18 года ввиду разоружения дивизиона белыми добровольцами на ст. Сокола Бурлюк уезжает в г. Кишинев в Радио-Румфронта и в том же Январе <19>18 года поступил в Кишиневскую Земуправу, затем уезжает в г. Измаил Уездным представителем Министерства Земледелия Молдавской Республики, в Марте месяце <19>18 года уходит в запас армии и продолжает служить в Управлении Земледелия до Июня <19>18 года. После чего через Одессу едет на жительство в г. Херсон, где и пристраивается черно<->рабочим завода Вадон, затем помощнико<м> табельщика, и в начале Августа <19>18 года уезжает в имение Скадовского (Белозерка Херсонской губ.) где служит Приказчиком и неофициально исполняет <обязанности> Помощника Управляющего и в Ноябре месяце <19>18 года по объявленной мобилизации Гетманом является как офицер <и> направляется в г. Одессу в Радио-Дивизион, где от Гетмана переходит к Петлюре затем к белым в начале Декабря <19>18 года затем в Апреле <19>19 года остается <и> служит при Красной Армии до Мая <19>19 года после чего переходит на службу в морскую пограничную стражу и в Июне <19>19 года освобождается как агроном и уезжает в гор. Херсон затем в с<ело> Веревчино к родным и с Июня до Августа <19>19 года живет в деревне, но затем уезжает в Алешки для подыскания службы учителя дабы не попасть в ряды белых и по объявленной мобилизации белыми является как офицер находясь на службе рядовым преследуется до Сентября за службу в Красной армии после чего отправляется на фронт против Махно в районе Знаменка затем Гуляй-Поле, показывает, что следует рядовым телефонистом.","type":"unstyled","key":"65n0q"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"В Декабре месяце под натиском Красной армии белые отступают Бурлюк от белых удирает через Мелитополь и Алешки и Херсон, затем на Голую-Пристань и там скрывается в больнице боясь военной службы противоречущей своему убеждению и так скрывался до Декабря <19>20 г. после чего считая с тем, что гражданская война закончена сам является в комиссариат для учета как бывший офицер.","type":"unstyled","key":"95dk"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Белым явился по первому приказу как офицер потому, что документы были в их руках, а законом Р.С.Ф.С.Р. и приказам не подчиняется и не являлся потому, что не желал служить как у тех так и у других и продолжал скрываться целый год.","type":"unstyled","key":"9kppb"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Принимая во внимание показание самого Бурлюка, из коего видно: БУРЛЮК Николай Давидович сын управляющего крупных имений Мордвинова, гимназист студент в 1917 г. офицер, служит начальником учебной команды на Румынском фронте и в то время когда ген<ерал> Щербачев предполагал совершить переворот базируется в Яс<с>ах, Бурлюк привозит свою мать в Румынию, после чего так же пристраивается в Молдавской Республике, по неизвестным причинам едет обратно в Россию, где при первой мобилизации Гетмана является как офицер и от Гетмана переходит к Петлюре затем к белым и при приходе Красной армии остается на службе при Радио-Телеграфном дивизионе, затем переходит в пограничную стражу, откуда под видом агранома удается освободится и при первом приказе белых является как офицер где продолжает служить, и лиш при oтступлении белых опять удирает в Херсон затем в деревню, где течение года не исполняет ни одного приказа Рабоче-Крестьянской власти и скрываясь ровно год в тылу Красной армии, не известно чем занимается что дает повод <отнести> Бурлюка к числу шпионов армии Врангеля и ему подобных и лишь в <19>20 году Декабре месяце когда ликвидирован Крымский фронт Бурлюк считая гражданскую войну законченной, и надеясь на милость Рабоче-Крестьянской власти после года скитаний является для yчета, кроме того в день ареста при нем оказываются документы подтверждающие, что Бурлюк лишь в Декабре <19>20 года начал выявлять свое присутствие на территории Совет<ской> власти и тут же он уже оказывается огрономом и пристраивается в Советских учреждениях см. удостов<ерения> при деле № 13063, 4282 и 106218 принимая в основание показание самого уже Бурлюка где много сказано за то, что в течение года когда Бурлюк скрывался было много приказов Р.С.Ф.С.Р. и Крас-армии что лицам не зарегистрировавшимся и скрывающимся будет применена высшая мера наказания расстрел, имея в виду, что виновность Бурлюка им уже подтверждена, желая скорее очистить Р.С.Ф.С.Р. от лиц подозрительных кои в любой момент свое оружие MOГУТ поднять для подавления власти рабочих и крестьян как сделал и Бурлюк при первой мобилизации белых явился как офицер, а по сему\nПолагал бы: БУРЛЮКА Николая Давидовича, 31 года, Расстрелять.","type":"unstyled","key":"39bmp"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Следователь: Рогов\nЗавследчастью: Согласен. Голуб. 25 декабря 1920\nРезолюция Начособотдела 6 армии:\nУтверждается Чрезвычайной тройкой особотдела 6 армии.\nПредседатель: <Быстров?>\nЧлены: <Брянцев?> <нрзб.>\n25 декабря 1920».","type":"unstyled","key":"aqovg"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Столь разные судьбы Давида и Николая Бурлюков оказались теснейшим образом связаны с историей русского авангардистского искусства. Различен по весомости их вклад в русский футуризм, разными творческими путями шли они в широчайшем русле этого течения. Столь же различны и занимаемые поэтами Бурлюками позиции в русской поэзии первой половины XX столетия. Но позиции эти — быть может, не центральные, но и не периферийные — заняты ими вполне по праву.","type":"unstyled","key":"8c6r0"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Я мальчик маленький — не боле,","type":"unstyled","key":"6ou2g"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"А может быть, лишь внук детей","type":"unstyled","key":"grpp"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"И только чувствую острей","type":"unstyled","key":"9cv45"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Пустынность горестного поля.","type":"unstyled","key":"au3k2"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":164,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Подписывайтесь на канал, делайте ссылки на него для своих друзей и знакомых. Ставьте палец вверх, если материал вам понравился. Комментируйте. Спасибо за поддержку!","type":"unstyled","key":"fbmr1"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"","type":"unstyled","key":"at7on"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"","type":"marker","key":"U7Jw2TQxrLr3nLjnKZ50"}],"entityMap":{}},"mentions":[]}