Маша начала интересоваться жизнью Алексея. Разумеется, спросить у него она не решалась, а вот из разговоров с сотрудниками выяснила, что он уже десять лет как женат, воспитывает дочь и очень счастлив в браке.
«Странно, – подумала Маша, – что же он на меня-то так смотрит?»
И она решила проверить сама, насколько счастлив Алексей в семье.
В выходные она стала выбирать для прогулок улочки и переулки, непосредственно примыкающие к дому Алексея. Она бродила неопределёнными маршрутами, стараюсь не выпускать надолго из поля зрения сам дом, балкон, подъезд. Несколько раз она замечала Алексея то одного, то вместе с женой или с дочерью, то всех втроём. Сидя где-нибудь на лавочке во дворе, Маша увлечённо следила за их жизнью, оставаясь незамеченной. Вывод, который сделала для себя Маша, звучал категорично – Алексей не любит свою жену. Рядом с ней его держит только дочь и привычка. Из чего Маша сделала такой вывод? Бог весть, но сделав его, она начала Алексея жалеть, а потом и полюбила. От жалости до любви – рукой подать!
Теперь уже не только он, но и она старалась незаметно прижаться к нему, передавая документы на подпись, теперь и она бросала на него нежные и понимающие взгляды из-за монитора.
Однако эффект оказался обратным тому, какой она ожидала. Алексей стал как будто бы сторониться её. Старался реже бывать на кафедре, всё чаще передавал поручения через других преподавателей, отводил глаза, как только замечал её влюблённый взгляд.
И тогда Мария решилась на разговор.
Алексей сидел на своём рабочем месте и нервно теребил ручку. Нужно было составлять отчёт о работе кафедры за прошлый учебный год, но он никак не мог сосредоточиться. Было уже пять часов вечера, и на кафедре – ни души. Преподаватели разошлись больше часа назад. В полпятого ушла Мария. Как раз Мария-то и была предметом его тревожного настроения, которое мешало ему сейчас приступить к составлению отчёта. С ней что-то не так! – думал Алексей. В последнее время она как-то странно на него смотрит, использует любой случай, чтобы к нему прикоснуться. Ему даже стало казаться, что она подкарауливает его у подъезда, идёт следом, когда он провожает дочку на танцы, следит за ним в трамвае. Паранойя какая-то!
В этот момент дверь кафедры открывается и в комнату входит Маша, она смотрит на него решительно:
– Алексей Иванович, я согласна, – с порога говорит она, не отрывая от него глаз, подходит к столу и замирает, упёршись ладонями в столешницу.
– С чем вы согласны, Маша? – переспрашивает Алексей, робко глядя на неё снизу вверх.
– Ну, как же! Помните, когда вы принимали меня на работу, вы предлагали мне связать с вами жизнь – так вот, я долго думала и окончательно решила – я согласна.
– Простите, Маша, вы, наверное, неправильно меня поняли.
– Нет, Алексей Иванович, я отлично вас поняла. Вы так и сказали – давайте будем в одной связке. И я отвечаю вам – я согласна! Разве вы не рады?
Алексей внутренне запаниковал:
– Но я имел в виду совсем другое!
– Алексей, не надо претворяться, я же отлично всё вижу, как ты страдаешь со своей женой! – Маша вдруг стремительно перешла с ним на «ты» – Я вижу, как ты смотришь на меня, как прикасаешься ко мне. Давай перестанем разыгрывать друг перед другом какие-то странные роли. Ты же любишь меня, и я тебя люблю!
Такого поворота он совсем не ожидал. В глазах Марии светился лихорадочный блеск, мало похожий на огонь любви.
«Боже! Она безумна! – вдруг озарила его догадка, – И что же мне теперь делать? А если она буйная, и в сумочке у неё пистолет?»
Из отрывочных сведений, которые ему время от времени приходилось слышать об особенностях поведения душевнобольных, Алексей помнил только, что их нельзя волновать, поэтому как можно спокойнее он предложил:
– Маша, давайте отложим этот разговор до завтра, мне нужно собраться с мыслями и чувствами, как-то всё очень неожиданно.
– Хорошо, Алексей, – завтра мы обязательно подложим этот разговор, – Маша мило улыбнулась, поправила причёску и исчезла за дверью, послав ему на прощание любящий взгляд.
Продолжение: https://zen.yandex.ru/profile/editor/id/60d8ccd94f03b318d4ecc1ba/615bf6fb24f4b052c4549de6/edit