Смотрите следующую часть интервью Тани Танк, писательницы, блогера. Она автор четырёх книг про нарциссов. Её аккаунты в социальных сетях полны историй о сломанных судьбах и благодарностей от тех, кому она помогла.
Предыдущее видео можно посмотреть здесь.
Для тех, кто предпочитает читать — расшифровка интервью размещена ниже видеоблока.
Но держит отношения-то не это, а то, что за этим идет сахарное шоу.
— Что это – сахарное шоу?
— Когда вы думаете, да зачем мне это надо, он так себя ведет, я что себя не уважаю что ли? Вы решаете порвать с человеком, а потом с его стороны начинается: прости, я был такой дурак, да больше никогда, если хочешь — вместе пойдем к психологу, помоги мне, спаси. И мы думаем, все-таки любит, раз вернулся. С детства нам внушили — если человек вернулся, значит он любит. Если человек любит, он просто вас не теряет, и он с вами не рвет, а вот когда начинаются хождения туда-обратно, это 100% признак токсических отношений. Больше 2 раз ничьи возвращения принимать не надо. И самой не стоит это поддерживать. Если стоит, то расставаться трезво, радикально, навсегда, а не вот — рассталась, убежала на нервах, а через три дня — ой, что я наделала, побежала опять. Как часто у нас бывает в отношениях с нарциссами. Начинается беготня туда-сюда. Каждые три дня вещи с балкона, потом бурное примирение, потом опять вещи с балкона
— Как остановить беготню? Я читала в вашем ЖЖ многие истории, при которых самое сложное — это выход из этих отношений.
— Самое сложное, потому что зависимость сродни наркотической. Ну как бросают пить? Ну как бросают наркотики? Бросить, переломаться, как это называется, и взять курс на детокс, сначала очиститься от этого яда, для этого требуется полный карантин. Три-четыре месяца полного необщения. Ни переписок, ни звонков, ни чтения, ни просмотра соцсетей — полного карантина. И потом уже работа с психологом, если у человека нет своих ресурсов. А у многих нет, потому что у нас нет культуры переживания личного горя. Мы очень хотим проскочить, спрятаться за волной позитива, мы очень боимся своего гнева, у нас очень сильный гнев возникает, когда мы понимаем, как с нами обходятся. Мы прячем, прячем, ой, что это я так распсиховалась, чего это я рыдаю — так нельзя, мы это все в себе пакуем.
Так неправильно — горе надо прожить. Это действительно горе, большое разочарование, большая утрата — нашей личной любви, нашей веры в человечество.
— Ведь женщины, прежде чем расставаться, думают: я хочу, чтобы он исправился, чтобы он стал такой, как был в начале. Можно ли их исправить?
— Во-первых, никто никого не может исправить, человек может изменить себя только сам. Это вот наше: повлияй на двоечника Петрова, а что вы сделали для того, чтобы Петров не прогуливал школу? Вот это наше — повлиять, исправить.
Мы никого не можем исправить, мы можем лишь поддержать человека, если он спросит об этой поддержке.
— Стоит ли их поддерживать, если они просят. Нужно ли это?
— Сначала мы начинаем их поддерживать, потому что мы еще не понимаем, что это ловушка, но потом нет никакого смысла сливать в это свои ресурсы. Это какая-то претензия на то, что ты Бог и эксперт, что ты способен менять чужие судьбы и чужие жизни, но это же не так совершенно. Тем более, что нарциссизм он не поддается коррекции, особенно в выраженной форме, как расстройство личности.
P.S. Читайте, дискутируйте, задавайте вопросы...
Подписывайтесь на канал
За лайки — плюс в карму и Вам и нам)