В декабре это было... Пару лет назад, а, может, и больше Надежда Максимовна, мама Веры, заболела гриппом. Точнее сказать, сначала переболела вся семья Веры – она, муж, оба сына, а потом и Надежда Максимовна, так сказать, приняла эстафетную палочку.
А Вера ведь ее много раз предупреждала: «Не ходи к нам, мама, заразишься. Грипп - не шутка!». Та только от нее отмахивалась:
- Я, доча, в жизни всего два раза болела и то по глупости: первый раз, когда в детстве мороженого переела и ангину подхватила, второй – когда на лодке осенью перевернулись. Порыбачили, называется!
Не переубедить было Надежду Максимовну, поэтому она каждый день приходила к дочери с продуктами. А Вера ее дальше порога не пускает: тут, мол, оставляй все – и беги, пока здоровая. Но ее мама – женщина боевая, пищит да лезет в домашний лазарет: конечно, там же внуки любимые да зять, с которым поначалу вроде бы легкие непонимания были (как же без этого), а потом – будто бы сроднились, словно сыном стал, о котором всегда мечтала, но так и не родила.
Надежда Максимовна сначала к внукам всегда прорывалась, чтобы обнять каждого да поинтересоваться здоровьем: у сыновей Веры две недели держалась температура под тридцать девять, но они выглядели бодрячком и всегда радовались появлению любимой бабушки, прыгая на кровати, за что потом непременно получали от матери. Затем Надежда Максимовна обязательно заглядывала в комнату к зятю: у мужа Веры температура редко поднималась выше тридцати восьми, но выглядел он непременно на все сорок, а то и выше. При появлении тещи, он всегда выглядывал из-под одеяла и с трудом ей улыбался: весь мокрый от пота, волосики на голове слиплись, лицо помятое – как такого не пожалеть?
Вот так и заболела Надежда Максимовна под самый Новый год. Подарок дочери сделала: вместо того, чтобы готовиться к празднику, пришлось запасаться лекарствами. Позвонила она Вере и запретила приходить: мол, сама справится, поди, не маленькая уже. Да где там, разве нормальная дочь так поступит?
Приходит Вера как-то вечером к матери, а та дверь не открывает – с ней через замочную скважину разговаривает:
- Вера, у меня все хорошо. Температура с утра была… Тридцать восемь и семь, кажется… А сейчас нет, все, сбила. Покушала.
- Что ты покушала? - интересуется Вера тоном, не терпящим возражений.
- Что?.. Яичко себе сварила.
- И все?
- Да больше ничего и не лезет, - оправдывается Надежда Максимовна.
- Врач приходил?
- Кто?.. А, да, приходил. Мужчина. Интересный такой. Послушал. Я спрашиваю: "Что-то серьезное?". А он мне: мол, ничего страшного, Надежда Максимовна, через неделю, скорее всего, выпишем… В общем грипп, доча...
- Ясное дело, грипп. Я же тебя... - начала было Вера, но Надежда Максимовна ее перебила.
- ...так что, как говорят в телевизоре: "Увидимся с вами на следующей неделе", - пошутила Надежда Максимовна и сильно закашлялась.
- Мам, может, ты меня все-таки впустишь? Или мы весь вечер так будет разговаривать? Я тебе куриного бульона принесла и продуктов.
- Беги домой, Верочка. Я сама себе супчика сварю. А продукты забирай: я дверь не открою - не хватало вам еще раз переболеть.
Вера постояла еще немного, прижав ухо к двери и прислушиваясь, что происходит в квартире матери, а когда услышала ее удаляющиеся шаги, тоже решила уйти.
Всю неделю по несколько раз в день Вера звонила матери, интересуясь здоровьем, а та неизменно отвечала, что все хорошо и сильно кашляла в трубку. Вера звонила бы и ночью, но боялась потревожить – Надежда Максимовна и без того всегда спала плохо. Ох, как трудно давались Вере эти ночи, когда она не могла услышать мамин голос.
В новогоднюю ночь Вера сидела за столом, словно ушибленная. Муж взял на себя все приготовления, накрыл стол, пригласил друзей, дети стояли от радости на головах, а Вера сидела мрачнее тучи. Чтобы не портить праздник, она ушла в спальню и в темноте включила телевизор. Стала звонить матери, но в трубке только раздавались длинные гудки.
Вскоре в спальне появился ее муж, присел рядом и приобнял за плечи:
- Не кисни, Верунь, все будет хорошо!
- Прости, я… я не могу так, - ответила ему Вера, и слезы потекли из глаз. – У нас тут праздник, все веселятся, а она одна… там. Еще вот трубку, как назло, не берет…
- Так, все... одевайся!
- К-куда «одевайся»?
- Я Лёньку уже послал за елкой, - улыбнулся он Вере. - Не знаю, где он найдет ее сейчас, но мы все вместе идем отмечать Новый год к теще.
Через час вся компания уже стояла под окнами Надежды Максимовны с наряженной елкой, стреляли из хлопушек, ели ужасно холодную курицу и оливье из пластиковых контейнеров, запивая все это ледяным шампанским. Дети визжали от восторга – такого Нового года у них еще никогда не было, а Надежда Максимовна, завернувшись в теплый плед и усадив рядом собой любимого кота, смотрела на них через оконное стекло и улыбалась. В ее руке горел одинокий, но такой яркий бенгальский огонь.
А в первых числах января Надежду Максимовну увезли в больницу с сильнейшим осложнением на легких.
За ее жизнь боролись врачи и… победили.
Буду благодарна за ваши лайки и подписывайтесь на мой канал «ЗАПИСНУШКА».