Легко было понять, что такого натиска не может выдержать ни один человек. Особенно, когда кроме этого ещё и повседневные проблемы кружат непрерывным вихрем. Короткая стрижка, в меру аккуратный внешний вид. Эксперты почти закончили работу и собирали свои инструменты, реактивы и найденные улики, а Зара стояла и смотрела на труп молодой девушки лежащий на белоснежном ковре гостиной в маленькой квартире в старом центре Амстердама. Тело почти сливалось с ковром благодаря белому длинному вязаному свитеру, таким же гольфам и ртутно белому цвету волос.
Жертва любила белый цвет, он покрывал всю квартиру, начиная с водной двери, покрашенной снаружи в чистейший белый цвет, далее в небольшом коридоре все вещи были спрятаны за светло-бежевыми дверьми шкафа, встроенного в стену. Дорожка на полу коридора была чсто мелового цвета с лёгкими следами разноцветной улицы. Стены впитали лишь немного розового, что было понятно лишь под определенным углом и никак не мешало ощущению что ты оказался в молочной бутылке. Вся мебель, вся техника была белого цвета. Оконные рамы и шторка в душе, ручки ножей и столовые приборы, кофейные чашки и домашние тапочки, лак на ногтях и будильник на столике у кровати. Одним словом все что было в квартире было или белым или его очень чистыми оттенками. Всё кроме богровой кляксы на ковре под телом и Iphona на столе.
Клякса была вином из разбитого бокала, второй бокал стоял рядом с раковиной. Телефон лежал на столике рядом с диваном.
