Илья Костров сидел на кровати и ждал вызова. Он был одет в скафандр. Шлем висел у затылка. Достаточно легкой утечки воздуха, как пневмошлем захлопнется. Радио молчало. Костров встал и прошелся по комнате. Вдруг видеофон затрещал. Илья взял рупор. Экран не загорался. В пневмокристалле рупора послышался голос: — Слушай, человек у рупора. Я не знаю твоего имени. Меня, Леверета Кирненштейна, хотят выбросить на Луну. Я пилот-смертник. Я стал смертником против своей воли. Я хочу жить. Прошу тебя, немедля сообщи об этом в свой штаб. Запомни: в четыре часа пилота-смертника Кирненштейна выбросит на Луну космонавт Ричард Гренноуз. Запомни. Голос умолк. Илья вскочил и кинулся в штаб. Но на дверях Главного штаба висела табличка «Штаб уехал». Илья взглянул на часы. Без пяти четыре! Он быстро закрыл свою комнату и выбежал на космодром. В отсеке импульсных ракет стояла только одна, тяжелая. Из люка вылезал Георгий Стучалкин. Место пилота было пусто. Костров подошел к нему: — Жора, ты сейчас свободен?