образовавшуюся ранку. Благодаря чему ее края разошлись достаточно широко, а оттуда потекла вязкая желтоватая масса, смутно напом

образовавшуюся ранку. Благодаря чему ее края разошлись достаточно

широко, а оттуда потекла вязкая желтоватая масса, смутно напоминающая

гной.

Я поспешил отключить обонятельные и вкусовые рецепторы, чтобы не

отвлекаться на посторонние вещи, и увернулся в третий раз, повиснув на

загривке заметавшегося по замку голема, как голодный клещ. При этом мне

приходилось поминутно избавляться от чьих-то бессмысленно

сжимающихся на моих щиколотках пальцев, растущих на големе буквально

повсюду; избегать цепкой хватки многочисленных человеческих рук,

которых и на груди, и на спине твари было предостаточно. Следить за тем,

чтобы его собственные ручищи до меня так и не дотянулись. Регулярно

менять диспозицию, мечась между стенами холла, потолком и чужой

спиной. Да еще успевать поглядывать на угрожающе расползающиеся по

стенам замка трещины, когда впавший в неистовство голем то и дело

врезался в какую-нибудь из них на полном ходу.

К счастью, предки барона строили замок на совесть - несмотря ни на

что, он все еще стоял. А если и падали сверху отколовшиеся от потолка

камни, то я был этому только рад - они очень уж удачно прибивали

смешавшихся, потерявших всякую ориентацию и лихорадочно носящихся в

поисках спасения зомби. Которым не повезло еще и тем, что, занятый

исключительно моей персоной, голем вообще не обращал никакого

внимания на то, по кому именно шел. Так что, пока я развлекался, успел

передавить немало нежити, которая слишком поздно додумалась сбежать из

холла в более безопасное место.

Наконец, я сумел-таки расширить рану до приемлемых размеров и, в

очередной раз прыгнув на бешено ревущую тварь, вонзил туда одну из

средних лап почти до упора. Я надеялся, что ее длины хватит для того,

чтобы дотянуться до жизненно важного узла, через который оставшийся

снаружи некромант управлял своим уродливым детищем. При этом я

прекрасно понимал, что если бы не когти, мне бы никогда не удалось

повредить его наружную оболочку: некро-големы тем и опасны, что из всех

видов нежити обладали, пожалуй, самой прочной защитой. Но у меня

получилось... к счастью... и всего за миг до того, как меня все-таки смело со

спины голема могучей лапищей, я сумел-таки нащупать средним когтем

какой-то комок. После чего ловко подцепил его самым кончиком и,

недовольно рыкнув от сильного удара в бок, буквально слетел со спины

обозлившегося до предела урода.

Правда, стремительный полет был недолгим. И закончился,

разумеется, совсем не в пушистой перине. Одно хорошо: болевых