От моих слов у некроманта лицо пошло самыми настоящим трупными пятнами, которые до этого момента искусно прятались под наведенно

От моих слов у некроманта лицо пошло самыми настоящим трупными

пятнами, которые до этого момента искусно прятались под наведенной

личиной. Его кожа посерела, потемнела, глаза поблекли и потускнели, не в

силах больше скрывать трупную матовость. На правой щеке обнажилась

глубокая рана, видимо, оставленная каким-то особенно протестующим

крестьянином. А на левой руке куда-то исчезло сразу два пальца.

Впрочем, это уже неважно: аура, в отличие от лица, все равно не умеет

лгать. Так что я с самого начала не сомневался в том, кого именно вижу. Да

и не стал бы обычный некромант таиться до полуночи: дневной свет нам не

помеха. А вот полноценный лич... набравший неожиданную силу,

успевший создать свою собственную армию, еще не слишком опытный, но,

судя по всему, крайне упрямый... это проблема. И немалая. Поскольку, пока

"живы" его "птенцы", сил у некроманта всегда будет в достатке. Они будут

подпитывать его до тех пор, пока не перестанут шевелиться или пока не

погаснет искра вложенной в них магии. А у нашего ополоумевшего барона

"птенцов" накопилось немало. Будет трудно его достать, не уничтожив

перед этим результаты его неумелых опытов.

Правда, если бы дело действительно обстояло так, как он мне тут

слезливо поведал, я бы, может, и не тронул это милое семейство. Все-таки

личное горе - есть личное горе. Его следует уважать и прощать некоторую

неадекватность людей, потерявших близких. Вот только господин барон

как-то слишком уж напирает на якобы непререкаемость своих прав. И

подозрительно упорно радеет за сохранность своего замка. Тогда как для

лича на первых порах наиболее важна, в первую очередь, сохранность

тайны его существования и безопасность "птенцов". Без них он - как без

рук. Слабеет и хиреет с каждым потерянным умертвием. Поэтому даже

новичок, едва коснувшийся азов нашего искусства, приложит все силы для

того, чтобы в максимально короткие сроки себя защитить. Так что барон,

даже будь хоть трижды идиотом, все равно забился бы в какую-нибудь нору

и носа оттуда не казал до того момента, пока не обрел уверенности в своих

силах. А он отнюдь не дурак. И это значит, что его влечет к замку нечто

совсем иное. Быть может, закрытый портал, более неподвластный его

цепким ручкам. Или семейная реликвия, о которой он недавно узнал, но

которая стала ему после смерти недоступной. А может, он и на чужие

артефакты успел глаз положить и теперь лишь выжидает подходящий

момент... это еще предстоит выяснить. Причем, граница барона не

остановит: раз уж он свои деревни не пожалел, то уж соседей точно в

скором времени изведет. Хотя бы для того, чтобы и их

"облагодетельствовать" вечной жизнью и, заодно, прибрать к рукам