Синяя вода приближалась. Волны были видны всё более отчётливо. Парашют шёл на посадку.
— Ну вот, — сказала Клава. — Хорошего понемножку. А ведь на небе было хорошо! Вот что я хочу тебе сказать, дорогой Миша! То, что сейчас с тобой происходит и все эти годы происходило, это не радостная, весёлая любовь. Это нечто другое: монашество, покаяние. Такое состояние нельзя назвать счастьем. В монахи часто идут люди, которые чувствуют свою вину и не знают, как её загладить. Бывает так, что в обычном мире уже нет такой возможности. Они совершили убийство, возможно непреднамеренное, или предательство... Прошлого не вернёшь, остаётся только молиться. Что-то подобное произошло с тобой. Тебя тяготит то, что ты не отправился со мной в 1941 год. Ты отказался от меня, потому что безопасная, хорошая жизнь в тот момент была у тебя в приоритете. Ты мечтал жить в Америке и не собирался расставаться с этой мечтой. И принял такое решение. Но, тем не менее, ты всё больше думал обо мне и стал воспринимать свой поступок как предательство. И с возрастом это чувство только увеличивалось. Тем более, перед тобой был пример Насти. Она смогла уйти со мной, а ты нет.
— Не напоминай! — произнёс Миша со слезами на глазах.
— И сейчас ты чувствуешь передо мной долг, да? — спросила Клава.
— Не травмируй меня! А то сейчас отцеплюсь и прыгну в воду!
— Не получится даже при большом желании, — ответила Клава. — Нас очень крепко прицепили! Да и вода уже рядом. Ударишься, конечно, сильно с этой высоты, но жить будешь! Эх, Миша, вот что я хотела тебе сказать. Всё было совсем не так. Мне никто не был нужен. Я была счастлива, что ты не пошёл со мной, что ты спрятан от фашистов, что они тебя никогда не достанут. Это мне согревало душу. Мне не надо было за тебя бояться! Мы ведь для этого и стремились к победе: чтобы наши потомки жили хорошо. И я знала, что они будут жить хорошо, и ты в том числе. Мне не нужно было лишних забот. И я рада, что во время моего подвига я была одна. Если бы рядом был кто-то ещё, у меня бы ничего не получилось. У меня было слишком большое напряжение, требовалась ювелирная точность, и необходимость заботиться о других людях меня бы просто убила. Ты смотрел фильм "Титаник"? Если бы Роза села в шлюпку, Джеку было бы намного легче и, скорее всего, он бы выжил. Вот и у меня такая ситуация была. Но мне повезло, и я выжила. Потому что никого не было рядом! Именно благодаря этому я сумела добиться расположения Флориана. Это была важная часть моего плана.
— Бедный Флориан, — сказал Миша. — Он тоже на тебе зациклился навеки. И я его понимаю!
— Так что нет твоей вины! — сказала Клава. — Всё прошло наилучшим образом. И благодаря этому мы с тобой встретились снова. Смотри, сейчас нас будут в воду окунать!
Их опустили в воду, потом подняли и мягко посадили на пологую корму лодки.
Мишу и Клаву отстегнули от парашюта и большой красно-белый купол парашюта свернули.
— Я хочу для тебя счастья, — сказала Клава. — Я хочу, чтобы ты женился на моей дочери.
Миша выдохнул.
— Слава богу, что ты не просишь меня прыгнуть с самолёта над пустыней или нырнуть с аквалангом в подводную пещеру , — сказал он.
Вдалеке прогремел гром.
— А ведь гроза уходит, — задумчиво произнесла Клава.
— Да, уходит, — сказал Миша. — Жениться на твоей дочери, говоришь? А ты уверена, что она меня любит?
— Конечно! Я же её знаю. Она любит тебя с детства. Мешала только я.
— Я подумаю, — ответил Миша. — Только у меня есть одно условие: дайте мне поспать столько, сколько я захочу. А я уже хочу! Сегодня больше на пляж не пойду. Надо выспаться и прийти в себя, а потом я буду в спокойной обстановке обдумывать твоё предложение.
Начало книги "Подарок для героини"
Предыдущая глава "Вот мы и на небесах"