Обидно, когда ты занимаешься тяжёлым и опасным трудом. Но делаешь нужное и полезное дело. Рискуешь здоровьем и даже жизнью. А получаешь меньше продавца в магазине.
МИ-8
Вертушка забита полностью, три группы с барахлом, дополнительные внешние и внутренние баки под завязку. Машина сильно перегружена. Внутри очень тесно и душно ещё и сильный запах керосина.
Винт начинает вращение, он ускоряется и вот уже он молотит на полную. Командир выруливает на ВПП. Всем ясно, что с перегрузом с места не взлететь. Будет взлёт по-самолётному.
Восьмёрка едет по полосе. Винты беспощадно рубят воздух. Разгон, увеличение тяги, отрыв. Тяжёлая машина на несколько сантиметров оторвала шасси от взлётки и села обратно. Слишком тяжело.
Командир даёт больший разбег и даёт максимум мощности. Фюзеляж колотит в лихорадке, двигатели воют. Становится страшно.
Отрыв от полосы, перегруженная вертушка продолжает движение вперёд на высоте менее полуметра над поверхностью асфальта. Давай!
Ещё одно титаническое усилие и самый
лучший вертолёт в мире начинает подъём, ещё раз подтверждая свой титул.
С набором заданной высоты, машина становиться спокойней, уже не воют двигатели, не вибрирует фюзеляж. Мы тоже выходим из напряжённого состояния. Летим на пожар.
Карелия.
Под нами плывёт Карельская тайга, тёмно-зелёные хвойные леса, синие зеркала озер, темные извилистые реки-змеи, желтоватые поляны болот и множество лесных вырубок, с торчащим по центру семенняком.
Мы летим уже два с половиной часа и замечаем пожар. Справа по борту еловый лес накрытый густым серым дымом, издалека ясно, что пожар большой. Вертолёт дважды облетает вокруг пожара, выясняется его площадь и удобное место для высадки десанта.
Пожар.
Восьмёрка зависает над поляной с редкими деревьям. Одна из групп спускается на шнуре, они начнут работу с этой стороны пожара.
Оставшиеся две группы десантируются на сухое болото с противоположной стороны.
Разрывая мох, мы находим воду и заполняем ранцы. Воды мало, это плохо. Все вместе двигаемся к пожару.
Наш инструктор Слава, теперь старший трёх групп, убегает вперёд, чтобы обойти пожар и оценить ситуацию на земле. Мы приступаем к беглому проливанию кромки, чтобы замедлить распространение огня.
Ветер.
В этот раз пожар большой и распространяется быстро, поэтому на таборе никого не осталось, все здесь на кромке.
Огонь довольно быстро пожирает черничные кусты и прыгает на "чепыжник"- невысокие кустарники. На земле много сухих веток, которые при горении добавляют температуры, необходимой огню. Дым от горящих сосен режет глаза, сажа скрипит на зубах. Кончается питьевая вода.
Сквозь дым мы видим бегущего к нам Славу.
-Вода есть?
-Есть.
-Витя, держи здесь, остальные за мной!
Увидев непонимание в наших глазах, ведь здесь горит, Слава кричит:
-Оглохли, я сказал за мной!
Мы бросаемся вслед за инструктором. Конечно это не бег, скорее очень быстрый шаг. Много дыма, поваленных деревьев, кустарники и корни мешают набрать скорость.
-Ветер сменился, пожар на болото идёт! Дойдёт, хрен поймаем и табор сгорит!
Слышится треск горящего можжевельника. Мы выходим на кромку. Участок не широкий, но до болота остаётся метров двадцать. Можжевельник пылает и разбрасывает огонь образуя новые очаги. Пытаемся тушить кусты, поливая из ранцев.
-Вода кончилась!
-И у меня.
-Давайте прямо через пожар метров пятьсот. До здорового сушняка. Я там родник видел.
Мы бежим по горячей золе, справа и слева горят сосны. Горло першит, глаза слезятся.
Вот сухарь, вот и родник. По очереди припадаем ртами к ледяной луже, напившись заполняем ранцы и бегом обратно.
Сколько раз сбегали до родника и обратно не известно, но кромка была остановлена уже на болоте.
В течении дня наш инструктор посылал нас, то на одно направление, то на другое. Ветер постоянно менял направление и приходилось ловить пожар.
Табор.
К ночи сырые от пота, серыми от сажи лицам и с натёртыми ранцами плечами мы пришли на болото. Таборный занялся ужином, кто-то дровами, кто-то палатками.
Приготовленная на костре гречневая каша с тушёнкой, чёрный хлеб с салом, крепкий чёрный чай и немного алкоголя " не пьянства ради, а здоровья для ", не громкая беседа под треск дров.
Не долго посидев и развесив мокрую одежду на кустах, мы уползаем в свои палатки.
У костра сидит Витя-старый воин и вглядывается в огонь. " Огонь даёт, огонь берёт".
Авиалесоохрана.
Мы молодые сотрудники Авиалесоохраны.
Мы летали с пожара на пожар, спасали лес, наше природное богатство. Работали в тяжёлых условиях, жили в лесу. Покупали продукты из расчёта сто рублей на человека в сутки. А получали по тринадцать тысяч в месяц. Это вам не МЧС.
Как сказал однажды Паша:
У меня жена в магазине восемнадцать получает, а я за пожары тринадцать. Ну и кто из нас мужик?
Где справедливость? А нет её.
Первая часть здесь.
Вторая часть здесь.