Наверное, это очень заметно, что я люблю говорить про погоду, про природу. Но на уроках мне не удается сделать в этой области ничего интересного. Дежурный вопрос в начале урока: « Какая сегодня погода?», а потом следует равнодушный, дежурный ответ: « Идет дождь». Или: « Светит солнце.» Что я только не делала: в словарях-тетрадках детей появлялись целые страницы выписанной лексики про погоду, мы писали диктанты- традиционные, веселые, творческие- ничего не помогало. Дети отказывались вкладывать в свою голову пласты слов, чтобы художественно-подробно рассказать про тонкости природы и погоды. Я обходилась так: сама им предлагала предложения, а ученики переводили, делали это вполне охотно. Вроде таких: «Небо затянуло тучами. Я думаю, это хмурое утро определенно предвещает затяжной дождь.» Детям нужно уметь поговорить, порассуждать на любую тему. Им ведь это не только для английского надо- им ведь всем придется сдавать русский устный, где как раз потребуется это умение.
И вот урок в восьмом классе. Мне потребовалось пять минут, чтоб навести порядок в электронном журнале, и я предложила классу написать в течение этого времени несколько предложений про погоду и про то, как они себя чувствуют. Краем глаза вижу, как все полезли в телефоны. Ну и ладно! Это не основная цель моего урока, так что пусть списывают.
Кстати, о телефонах. Моя коллега однажды возмущалась, неужели мне трудно в начале урока собрать у детей телефоны и положить себе на стол? Ведь ничего сложного, а дети приучаются к честности. Потом у нее соскользнул телефон со стола, и ей пришлось выплачивать семье ребенка 70 тысяч. Теперь она уже так смело не раздает советы. Но даже дело не в этом: если я сама подсматриваю в словаре, загруженном в телефоне, почему детям нельзя? Близорукие дети используют камеру телефона в качестве подмоги, если они не видят написанное на доске. Фотографируют страницы учебника, если забыли учебник. Одним словом, я не против телефонов.
Пять минут прошло. Я прекращаю копаться в журнале, и первый же ответ меня удивил:
- За окном идет дождь. Промозгло и противно, а я сижу дома на кухне в мягких тапочках, ем вкусный борщ, и у меня в наушниках Мияги.- бойко отвечает Василиса.
Я в легком шоке.
- Это, конечно, немного не то, что я ожидала, но мне очень нравится.- говорю я.- Но ты ж все списала с переводчика?
- Ну конечно!- восклицает Василиса.- Я ж рядовая троечница, вы ж знаете, Ирина Степановна. Как бы я это на английском придумала?
- Послушай, рядовая троечница, я поставлю тебе четыре прям сейчас в журнал, если ты это расскажешь, не подглядывая. Только откорректируем « у меня в наушниках Мияги»- это не так грамотно перевести надо. Тут переводчик вам не на руку. Так сможешь?
- Да запросто!
-А на время?
- На какое- настораживается Василиса.
- Две минуты.
- Три!
- Идет! Мы сторговались о времени, и я пока послушала ответы других. Через три минуты Василиса бойко ответила свои предложения наизусть. Я прикинула: выучила слова « промозгло», « противно», « тапочки», причем « мягкие», конструкцию there is. Аналогов в русском нет, и дети то и дело про нее забывают, когда переводят. Не продешевила ли я? Однако, если прибавить энтузиазм одноклассников Василисы, которые тоже расфантазировались, может и верное решение. Василиса воодушевлена и радостна. Дальше она была самая активная при проверке домашнего задания. Я еще раз ее похвалила.
- Вы думаете, я — умная?- спрашивает меня Василиса.
- Я думаю, ты- творческая натура. Это, несомненно, поможет тебе стать очень умной.
- А знаете, как меня назвала учительница по русскому? Красивой вазой, которая предназначена для чего-то вкусного, но она при этом абсолютно пуста.- выпаливает Василиса. В голосе у нее обида на учительницу по русскому.
Естественно я не собираюсь обсуждать коллег. Перевожу на другую тему.
- Я что-то не очень хорошо это помню из русского,- говорю я,- этот прием называется...Как называется этот прием? Метафора и перифраз?
Восьмиклассники опять быстро полезли в телефоны и начали мне доказывать, что это метафора.
Когда я была молоденькой учительницей, я очень боялась отойти от темы урока и от плана. Но результаты мои как педагога были не очень хороши. Потом я стала вести еще кружки, появились очень неплохие результаты. И вдруг, помню, я случайно узнала, что мои ученики между собой общаясь, рассказывали, что ходили на мои кружки изначально не ради английского, а им было интересно общаться на разные другие темы кроме грамматики, фонетики и прочего. С тех пор я приняла решение не скрывать свою натуру и дружить со своими учениками. Когда мы дружим, мы, конечно, хотим, чтоб наши друзья комфортно себя чувствовали, чтоб у них не было проблем. Например, с экзаменом по русскому.
В других классах я тоже поговорила о погоде и чувствах. Удивительно, как много ребят чувствуют подавленность и депрессию! Особенно те, кто часто болеет. Может это побочное явление вирусов? Одна девочка сказала, что ей грустно, потому что она утром вспомнила воспитательницу из детского сада, которая заклеивала ей рот скотчем, чтоб она не болтала! Благо, что в этом классе как раз была тема дискриминации, и нам надо было дать советы людям, страдающим от расизма, эйджизма и буллинга в школе. Нет лучшего средства, чем перенести внимание от своих проблем на еще более тяжкие случаи у других людей. Уроки закончились, а у меня еще запланированы переговоры с руководителем языковой школы о подработке, родительское собрание и еще пару встреч по щекотливым вопросам, связанных с моими учениками.