Двор уже не был прежним. По вечерам нынче из окна я слышу, изредка гуляющих, людей с собаками. По утрам стоит полнейшая антропогенная тишина, лишь птицы перепевают звонко друг друга.
Весна на дворе. Уже был рассвет. Когда-то летом, в этот же час, я слышала разговоры группы людей, весело проходящих мимо открытых окон. Они шумно возвращались домой или только начинали своё приключение. Быть может. Я просто слышала как им хорошо. Лето ведь на дворе. Гуляй, пой душа. Цвети. Это время года самое уютное – оно дарит тепло, оно дарит раскованность: в одежде, времени, в моменте. Летом ты действуешь, ты двигаешься, ты живешь. Ты наслаждаешься жизнью, как никогда, такой тёплой, как круассан из твоей любимой пекарни.
Мои надежды на это иссякают. Я в заточении девятиэтажной коробки. Стены которой давят на меня каждый день. Быть может поиграть в принцессу в заточении огромного мрачного замка, окутанного тайной? И ждать принца на белом коне. Который убьёт дракона, своим стальным мечом надежды, преодолеет сотни ступеней и поднимется в самую высокую башню этого замка, срубит замок на ржавой цепи и ворвётся за эту дверь.
Она будет ждать его. В нежно розовом платье, с цветами, в чуть запутанных волосах. Ее ресницы будут скромно опущены в пол. А щечки слегка порозовеют в тон одеяний. Ее хрупкие ручки переберут изящные пальчики и затем замрут. Глаза поднимутся в его пристальный взгляд. Тишина. Из окна чуть слышен ветер. Он залетает и сюда, в эту комнату, он касается ее волос и немного их спутывает. Его губы приоткрылись, грудь заполнилась воздухом.
В два шага он преодолел расстояние между ними и оказался прямо у её лица. Она тяжело дышала. Их взгляд не прервался ни на секунду. Он взял её своей крепкой рукой за изящную талию, прижав ее упругую грудь к себе. Она резко выдохнула. Их носы соприкоснулись кончиками. Она почувствовала его дыхание на своих губах. Он нежно прикоснулся к ней своими пухлыми губами. Как будто ждал этого всю жизнь. Всю дорогу к ней. Он прикоснулся ещё раз. Но в этот раз сильнее, с чуть слышимой жадностью. Их губы слились в поцелуе. Он был горяч. Он был желанным. Он разжигал сладострастные желания друг друга. Она больше не чувствовала себя одинокой.