Недавно мы познакомили вас с победителями конкурса «Женщина в Фокусе», представив 20 лучших работ - одиночных снимков. Сегодня хотим поделиться двумя фотопроектами, которые стали лучшими в этом году.
Ada Trillo
В январе 2020 года, спасаясь от насилия и плохих экономических условий, гондурасцы организовали караван мигрантов из Гватемалы в Мексику. После восьмидневного путешествия он пересек реку Сухиате и оказался в Мексике, где его встретила Национальная гвардия.
Руководство Мексики никогда не противостояло безопасному проходу мигрантов в США, но когда президент США Дональд Трамп пригрозил ввести тарифы - Мексика изменила свою политику и разместила солдат, которые не дают мигрантам из Центральной Америки въехать в Мексику.
Эта группа мигрантов разделились на две основные части: большинство пересекло реку Сухиат и попала под слезоточивый газ со стороны Национальной Гвардии. После отступления они ждали у берега реки два дня. И потом в 4 утра они смогли попасть на территорию Мексики, но через несколько часов Национальная гвардия окружила их, погрузила в автобусы и отправила обратно в Гондурас.
Меньшая группа собралась в приграничном городе Эль-Сейбо в Гватемале и была встречена Хулио Сезаром Санчесом Амайей, главой по международным отношениям в Мексике. Он втречал мигрантов группами по десять человек и предоставил им убежище. Но после недолгого пребывания в специальных центрах содержания их депортировали обратно в Гондурас.
Valentina Sinis
Домашнее насилие - глобальная проблема. Но самые большие проблемы с ним, конечно, в патриархальных обществах. «Сломанная принцесса» - это история о женщинах из Иракского Курдистана, которые пытались спастись от домашнего насилия и протестовали против домашнего насилия, поджигая себя.
Хотя самоубийство - далеко не редкость для женщин, вопрос о том, почему женщины Иракского Курдистана выбрали боль самосожжения, заставил меня исследовать это явление. Огонь имеет историческое и культурное значение для курдов: он означает свет, добро и очищение. Курдские женщины выражают свою любовь, говоря: «Я горю за тебя!»; высший показатель преданности своему делу. В самоубийстве огонь становится их собственным средством очищения.
Через огонь женщины спасаются от жизни, где они живут в угнетающем обществе, лишенном экономической или социальной независимости. Но не всем удается убить себя. Те, кто выживает, остаются с ужасными физическими шрамами и, возможно, даже более болезненными психологическими: без поддержки или видимости они оказываются в месте, которое в некотором смысле хуже, чем раньше.
Женщины-ополченцы Курдистана, или женщины-борцы, изображаются в средствах массовой информации как символ прогрессивного феминизма. Но для тех, кто не находится на передовой, сохранять свои свободы может быть очень сложно.
Самосожжение стало настолько распространенным явлением, что мужчины, которые хотят избавиться от своих жен, поджигают их, выставляя все как самоубийство. Но поскольку самоубийство позорит семью, многие сгоревшие трупы остаются неопознанными и их хоронят без имени.
Когда Дарун была помолвлена в возрасте 18 лет, никто в ее семье не предполагал, что ее брак закончится так. Два года спустя она решила поджечь себя, в результате чего сгорело почти 30 процентов тела. Следующие три месяца она провела в больнице, и после серии пластических операций она готова вернуться домой, добиваясь развода и более независимой жизни.
Муж Севан, который находится под стражей, говорит, что его жена покончила жизнь самоубийством - подожгла себя и своих детей. Но семья Севан и некоторые правозащитные организации считают, что это муж поджег их в результате конфликта.
Когда Севан и ее дети погибли в результате взрыва, многие люди сочли это самоубийством. Теперь дело открыто, и суд стремится раскрыть правду о смерти Севана. Этим летом после двух лет судебных процессов муж был признан виновным и приговорен к смертной казни через повешение.
Амина три долгих часа ждала выхода дочери из операционной. Она хотела поделиться историей своей дочери, поскольку уверена, что людям нужно знать о молодых женщинах, совершающих самоубийство в знак протеста против домашнего насилия.
Когда Дарун пыталась покончить жизнь самоубийством, она была на пятом месяце беременности, и ребенок родился мертвым. Она вообще никогда не хотела выходить замуж и не хотела иметь ребенка, но мать и свекровь заставили ее пройти через это. Они считали, что наличие ребенка может решить ее семейные проблемы.
Барзи, молодая мать двоих детей, была дома со своим мужем, когда их споры обострили ее страдания. Она бросилась на балкон, облилась маслом и подожгла себя. Как и большинство выживших, она пожалела о своем решении в тот момент, когда почувствовала боль и взывала о помощи. Барзи винит своего мужа в том, что с ней случилось, и теперь хочет развода, но его семья хочет удержать ее от детей, утверждая, что она не подходящая мать. Барзи была в 12-м классе и надеялась поступить в университет, чтобы создать для себя лучшее будущее, но вместо этого была вынуждена вступить в брак по расчету. После попытки самоубийства она хочет начать новую жизнь со своими детьми, вернуться в школу и начать карьеру. Это мечты, которые могут никогда не сбыться из-за того, что ее мать описывает как мужской мир.
Проведя в ожоговой больнице более двух месяцев, Дарун вернулась к своим родителям в Ранья, небольшой городок недалеко от границы с Ираном. Дом небольшой для семьи из семи человек; в этой комнате родители Даруна приготовили для нее кровать. Она старшая дочь в семье, у нее четверо братьев и сестер: два мальчика и две девочки.
После возвращения из больницы, чтобы восстановить свои физические возможности, Дарун должна регулярно делать упражнения и физиотерапию. Раз в день отец отвозит ее в единственный физиотерапевтический центр в городе. Самосожжение чрезвычайно болезненно для жертвы, но также и для семьи, которой приходится справляться с чувством вины и социальным порицанием.