У моей мамы просто огромное сердце.
Не может пройти мимо обездоленной зверушки.
Раньше наша семья была стеснена квадратными метрами – четыре человека в однушке – тут уж не до большой любви, самим бы ненароком не пришибить друг друга.
Недавно родителям всё же удалось накопить на квартиру.
Мы переехали в просторную трёшку.
Беда не заставила себя ждать.
Буквально на следующий день в доме появился пёс неизвестной породы.
Попросту кудрявая дворняжка.
Собакен был воспитан и весьма учтив.
Знал даже некоторые команды.
В общем, наша семья приняла его с распростёртыми объятьями и зажили все счастливо.
Но сердце мамы было настолько огромным, что спустя пару месяцев появился в квартире котёнок.
Дикий, необузданный, но весьма охотный до ласки. Короче, настоящий разбойник.
Собакен тоже к нему проникся.
Поначалу даже разрешал есть самые вкусные кусочки из своей миски.
Обучал приёмам самообороны и даже позволял играть со своим хвостом.
В общем, они подружились.
Шло время.
Пёс становился старше.
И стало ему трудно ждать возвращения хозяев с работы, чтобы справить свою пёсью нужду.
Прогулок утром и вечером ему уже не хватало, а днём с ним никто гулять не мог по причине занятости.
Для этих дел собакен выбрал кухонный уголок.
Отучить его никак не могли, никакие средства не помогали.
Казалось, он даже понимал, что делает что-то нехорошее, но поделать с собой ничего не мог. Возраст.
Котейка к тому возрасту подрос, возмужал, и понесла его лихая на улицу.
Удержать в квартире тоже не смогли.
Тем более на дворе тогда весна была в самом разгаре.
Поначалу возвращался весь избитый и с царапинами.
Очень боялись, как бы он глаз не потерял в своих боях в кошачьей иерархии.
Но спустя очень короткое время его боевые раны как-то внезапно прекратились.
Решили, что кот стал местным царём, и теперь на него никто не решается напасть.
Но, как оказалось, наш пройдоха оказался намного смышлёнее всех нас вместе взятых.
Котейка перед тем, как выйти на улицу, весь обтирался о кухонный уголок в том месте, которое собакен выбрал в качестве туалета.
Псиной от него воняло за версту и уже никто не решался подойти к нему близко для выяснения обстоятельств.