и зазубривая красочные фразеологические обороты. Хуф ходил за мной по пятам, способствуя моему «метафизическому» развитию. Вечером (то есть, где-то в середине моих собственных суток) являлся сэр Джуффин, успевал порадовать меня своим обществом за ужином и незаметно проверить мои достижения по всем пунктам. Проведя так часок-другой, Джуффин исчезал в спальне, я же исчезал в библиотеке.
Однажды вечером, недели через две после моего невообразимого прибытия, сэр Джуффин объявил, что я стал вполне похож на человека, а посему заслуживаю награды:
– Сегодня мы ужинаем в «Обжоре», Макс! Я ждал этого дня с нетерпением.
– Где это мы ужинаем?
– "Обжора Бунба", шикарная паршивая забегаловка: горячие паштеты, лучшая камра в Ехо, блистательная мадам Жижинда и ни одной противной рожи в это время суток.
– Что, одни приятные рожи?
– Вообще никаких рож! Да ты знаешь это место лучше, чем большинство жителей Ехо… Давай, давай, обувайся. Я голоден, как безрукий вор.
Я впервые сменил удобные домашние туфли на не менее удобные высокие мокасины, старающиеся выглядеть настоящими сапогами. Заодно мне устроили экзамен на водительские права. Ха! Было бы о чем беспокоиться! После того, как я управлялся с ржавой развалюхой своего двоюродного брата, перекочевавшей ко мне по наследству, когда кузен пошел в гору и обзавелся стильной тачкой, вождение амобилера не представляло для меня никаких проблем. Несколько дней назад Кимпа продемонстрировал мне немногочисленные операции, производимые с помощью одного-единственного рычага, покатался в моем обществе минут пять, заявил: «можешь», махнул рукой и ушел. Теперь и Джуффин оценил мой профессионализм, сказав: «Эй, парень, потише: жизнь не такая плохая штука!», а через пять минут: «Жаль, Макс, что мне пока не нужен возница!» Я немедленно надулся от гордости.
Немудреный процесс управления амобилером не отвлекал меня от первой настоящей встречи с Ехо. Сначала мы ехали по узким улочкам, петляющим между роскошными садами Левобережья. Каждый сад был освещен в соответствии со вкусами его владельца, поэтому мы путешествовали сквозь пестрые квадраты прозрачного света: каждый был особого неповторимого оттенка. Я уже не раз любовался ночными садами Левого Берега с крыши нашего дома. Но самолично перетекать из одного озера бледного света