Это было требование.

В этом случае не мешайте и не препятствуйте мне довести войну
до победного конца»’.
Это было заявка карт-бланш, при этом, до этого всего, в экономическом
отношении.
20 августа 182] года конгресс утвердил свежую конституции, которую
стали именовать «конституцией Кукуты». Тут идеи Боливара не были проведены. Президент вышел не бессрочным, а выбираемым по южноамериканскому эталону
на 4 года. При этом ему воспрещалось кооперировать функции верховного главнокомандующего и руководители штатской власти (это уж было очевидно нацелено непосредственно
напротив Боливара). В случае если президент уезжал на войну, штатская администрация переходила к вице-президенту. Палату представителейи сенат (у их была законодательная власть} выбирали коллегии выборщиков, как в США.Все претенденты
на муниципальные должности были обязаныиметь крупное актив. Конгресс постановил — и это был ещё раз удар по Боливару — собственно что конституцию
невозможно заменять в направление 10 лет.
Конгресс, состоявший из роскошных помещиков, категорически отказался доказать декрет Боливара военнослужащего времени об освобождении рабов. Была провозглашена
только «свобода чрева» то есть все рожденные от рабынь становились свободными, но лишь только по истечении 18 летнего возраста. До 18 лет данных людей должен был держать рабовладелец,за собственно что они должныбылина него трудиться.
Боливар, освободивший собственных рабов, был в высшей степени недоволен всемиположениями конституции Кукуты. Он расценил ее как «похоронный гул Колумбии». Оставлениев мощи рабства значило, по сущности, черную неблагодарность по
отношению к цветному общественности Венесуэлы, сыгравшему постановляющую роль в
разгроме испанцев. Впрочем, не желая заносить ссора в лагерь республиканцев,
Боливар присягнул конституции перед конгрессом.
В замен конгресс без охотынеохотно дал Боливару кратковременные диктаторские возможности в районах ведения войны напротив испанцев и их сторонников.
Боливар заявил депутатам со всей открытостью: «Я — важное зло на период войны,но знайте, собственно что с пришествием мира выизбавитесь от меня, для вас не
надо меня опасаться, впоследствии разгрома испанцев я сам уйду. Плоды победыдостанутся для вас »".
Перед тем, как уволиться в поход на юг напротив остатков испанской армии,Боливар поделил Венесуэлу на 3 боевых окрестность, поставив во главе их Паэса,
Мариньо и Бермудеса. Но действительная администрация была у Паэса, опиравшегося на массы собственных льянеро. За собственные награды генералы возымели большие валютные премии: Паэс 120 тыс. песо, Мариньо и Бермудес — по 84 тыс.. Данным наиболее
Боливар надеялся приобрести преданность данных вождей на время собственного отсутствия.