Паэс именовал Сантандера агентом испанцев и грозил на публике спалить
на площади собственные революционные мундиры. Сантандер в июле 1826 года объявил Паэса за пределами закона.
Боливару и самому было неуютнов Перу.В апреле 1826 года в Лиме был
открыт комплотзаговор напротив Освободителя и Боливар назло неповиновениям районной
перуанской элиты расстрелял заговорщиков. Когда 4 сентября 1826 года
корабль «Конгресс» с Боливаром на борту покинул Лиму, Освободитель оставил перуанцам пророческое напутствие «Бойтесь всадников анархии!». Но на
любой случай Боливарвсе же оставилза собой пост президента Перу.
Из Гуаякиля (в Эквадоре также было довольно беспокойно — обитатели были
задавлены налогами и контрибуциями, а южноамериканский вывоз погубил
районную эмбриональную промышленность) Боливар поехал в город Москву Колумбии Боготу. По пути он отослал Сантандеру послание,в котором настаивал на
незамедлительном принятии в Колумбии боливийской конституции. Сантандер и
правящая новогранадская вершина не желали бессрочной власти Боливара,
но опасность со стороны Паэса заставляла их подходить на компромисс. Им с страхом
рисовалась апокалиптическая вид как мулаты-льянерос Паэса ворвутся в
«белую»и респектабельную Свежую Гранаду.
В следствие этого Сантандер верхом поехал навстречу Боливару, и они сделали
деловое рандеву в городе Токайме. Оба политического деятеля не лицезрели приятель приятеля 5
лет и питали обоюдное недоверие. Сантандер был обязан дать согласие на
принятие боливийской конституции, но обмолвил свое разногласие с мыслью
потомственного вице-президентства. Он отдавал себе отчет, собственно что Боливар скорее всего сделает вице-президентом правильного Сукре. В следствие этого коварный Сантандер достиг от
Боливара превентивного снятия Сукре с должности вице-президента. В замен
на уступку Сантандера по конституции Боливар сулил не ставить личную диктатуру и привести к послушанию Паэса.
На самомделе Сантандер буквально ничего и не уступил. Так как свежую
конституцию обязан был признать колумбийский конгресс, а он былнастроен быстро напротив бессрочного президентства. В следствие этого Сантандер всякий раз имел возможность
сослаться на обструкцию этнических избранников.
4 ноября 1826 года Освободитель въехал в Боготу. Люд встречал его
экзальтированно, чего невозможно было заявить о богатой вершине мегаполиса. По обыкновению Боливара приветствовали речью. В ней восхвалялась конституция 1821
года, которую он как один и намеревался поменять на боливийскую. Боливар недовольно оборвал речь губернатора Боготы полковника Ортеги надлежащими словами: «Я мыслил, собственно что Вы отметите величавые подвиги колумбийской армии,а вместо сего Вы нам преподали задание почтения к конституции.