Ловец обосновался в лавке, если можно так сказать, и на следующее утро после бури уже развешивал своё постиранное бельё в кладовке: чёрную рубашку, поношенную, но плотную и ничуть не вытянувшуюся, ещё чернее были штаны, но в коленях они уже торчали во все стороны и плащ, длинных, но не стесняющий движения. Народ ещё боялся высовываться из дома, потому что теперь между бурями небо перестало проясняться и все опасаются, что если показаться на улицу, какая-нибудь притаившаяся молния непременно кинется и схватит тебя. Ловец весь вечер и утро раздумывал над историей Торна и теперь в его глазах собственная преданность делу потеряла в весе. Он уже не был уверен, что понимает до конца, что такое призвание и служение делу. Торн, без надежды увидеть кульминацию своих ежедневных наблюдений, без единой мысли оставить это, отдаёт жизнь на слепую веру в историю, возрастом три тысячи лет. Каждый день смотреть на небо и точно знать, что ничего нового там не увидишь - это даже для одной жизни много! Он сел, положив голову на руку и принялся расставлять напиленные мастерской рукой Торна пластинки из слоновой кости. Должно хватить на ближайшие месяца два, подумал он. Жаль, что не получится отплатить доброму торговцу, хотя, ему тоже никто не собирается отсыпать монет.
Дверь распахнулась и в лавку вошла, казалось, одна сплошная копна волос в черном балахоне, позже Ловец разглядел в этом Торна. Он принёс еды.
- В этот раз пятнадцать. Трое разом, мальчишку и родителей.
Они вместе разобрали стол и разложили на нём две порции завтрака, простого и сытного, как всегда любил Ловец. За трапезой они начали обсуждать завтрашнюю операцию.
- Ну, ты, кажется, лучше меня знаешь этот город. Куда нам предстоит пробраться? Надеюсь не в кабинет к бургомистру, по этой лестнице, а то молнии нам не понадобятся, да и спасать будет уже некого.
- Ты шутишь, это мне нравится. Хороший настрой не помешает. Насколько мне известно, чаша с...
- Погоди. Насколько мне известно? Ты не знаешь где она точно?
- Она точно в одном из двух мест. Либо в склепе правителей, что нам будет выгоднее, так как я знаю как пройти по подземным туннелям прямо в главную комнату, либо в комнате Рыжего дворца на втором этаже.
- Ты хочешь сказать, мне придётся идти в эту комнату? Подземные ходы известны ведь только тебе.
- Боюсь что так, чтобы не терять времени, а встретимся здесь, в лавке и ты начнешь свою охоту.
- Я не охотник, а ловец, есть разница.
И Торн, и Ловец, старались прожевать пищу, перед тем как высказаться. Оба это заметили.
- Стало быть так и поступим, с приходом бури. Расскажи мне, как попасть в эту комнату, желательно незаметным, уверен, что господин бургомистр не подумает, что я пришел на экскурсию.
- Сегодня утром я уже успел передать местным беспризорникам заряд, они заложат и подожгут его прямо у стены в нужную комнату, ты увидишь, где будет зиять дыра. За это я купил им хлеба и дал монет посмотреть на бродячий цирк, что уехал за город с началом вчерашней бури. Завтра в полдень они всё провернут, и подозрений будет меньше, а то они ошивались бы сегодня целый день у стен дворца. После взрыва подозрения, конечно, падут на тебя, но во время бури тебя не станут трогать, а как только всё закончится, ты покинешь город.
- Хорошо, план стоящий. У тебя не возникнут сложности со склепом?
- Не должны, если только бургомистр не приставил стражу охранять свою глину. Давай уберём со стола и пройдёмся.
На этих словах в дверь постучали, ставни уже были открыты и друзья увидели в окне двух стражников. Ловец взглянул на Торна, а тот встал и без опаски открыл дверь.
- Чем могу служить, сир бургомистр? - Ловец не заметил разницы в голосе у торговца между их разговором и обращения к гостю, это ему понравилось, ведь сам он чуть затаился при виде стражников.
- Подождите за дверью. - обратился глава города к своей охране. - Наш гость ещё у вас? - он подался вперёд и Торн пропустил его в лавку. - Отлично. Я хочу сказать, что мои источники сообщили мне о наличии цветка кейтуша на Бурой границе, это в полудне на коне отсюда, я уже отправил посыльного, он прибудет завтра утром. Сэр Торн, вы успеете приготовить раствор до бури?
- Полагаю, что успею. Господин бургомистр, не сочтите за знак недоверия вашим источникам, но они предоставили описание растения, за которым отправился ваш посыльный?
- Синий цветок с крупным лепестком в форме наконечника стрелы, верно?
- Да, сир, надеюсь мы успеем.
- Сэр Ловец, так, кажется, к вам следует обращаться? Вы наняты на службу Его величества короля Гехкарта, в случае успеха, вы получите триста монет, лошадь, и будете наречены рыцарем.
- Лошадь мне не нужна, вместо этого оплатите сэру Торну его работу и предоставленные материалы.
- Разумеется. Что же, господа, извольте откланяться, много дел.
Как только Торн захлопнул за ним дверь Ловец со скоростью молнии начал выяснять, куда забрался этот проклятый бродячий цирк и какова вероятность найти его прежде, чем мальчишки покинут его. Учёный муж сказал, что в этом нет необходимости и им следует действовать по плану.
- На Бурой границе не растёт кейтуш, там ничего не растёт, туда ссылают всех неугодных и провинившихся бедолаг с Рыжих земель. Посланник бургомистра не вернётся обратно, все монеты для оплаты цветка у него заберут, а главарь этих воров будет скоро объезжать новую лошадь.
- Если ты уверен, не быть мне рыцарем.
Весь остальной день они ходили по пустым улицам, прошли до дворца, а оттуда до склепа. По дороге Торн немного рассказывал о себе, о его умершей жене и об истории города, но Ловец только слушал, не участвуя в беседе. Они были солидарны в том, что если не молнии, то страх погубит этот город, люди умрут от голода в своих домах, но не выйдут наружу. Когда они возвращались домой, выстрел грома пролетел над городом, ловец посмотрел на небо и улыбнулся:
- Ему тоже не терпится!
Буря пришла намного раньше запланированного, уже ночью, и Торн сказал, что видел пару вспышек у холмов, пока Ловец одевался и складывал сумку.
- Я хочу увидеть, как это происходит, как ты расправляешься с молниями.
- На что это похоже, как ты предполагаешь?
- Я думаю это ровно моим опытам, а может и языческому обряду, не знаю.
- Я всегда называл это королевской свадьбой.
- Почему?
- Никто не понимает что происходит, но все хотят чтобы кто-нибудь из новобрачных прикончил друг друга.
Делать им оставалось нечего, как отправиться прямо сейчас вдвоём в склеп правителей города, в надежде, что там они найдут чашу с фанелевой глиной. И вот два отважных человека, без факелов, без рыцарских титулов пробираются по узким переходам, Торн идёт на ощупь, но довольно уверенно.
- Здорово будет, если какая-нибудь молния решит обрушить на нас потолок этого коридора.
- Ставлю свою бороду, что это не случится.
- Ставлю твою бороду на обратное, буря знатная, давно не я не бывал на таких свадьбах.
- Кстати, хотел спросить, ты празднуешь Четвёртый день?
- Нет, это событие мало соответствует тому, чем оно являлось когда то. Но как бы то ни было, мы должны успеть до него спасти город.
- Мы пришли, я пойду, жди здесь.
Торн отодвинул камень и спрыгнул вниз, в склеп. Кажется они выбрали правильный путь, в проходе начало смердить. По расчётам, учёный муж должен был вернуться, но его не было, Ловец решил окликнуть его. На его зов к полости в стене стали приближаться шаги. Наконец то! Хотя бы станет ясней, улыбнулась им удача или нет. Но это был не Торн, к шороху шагов вскоре прибавился лязг металла и в вспышке молнии, что осветила склеп, Ловец разглядел стражника, с копьем. Похоже солдат тоже разглядел кого то в проёме, так как перешел на бег. Деваться некуда, Ловец ринулся в обратный путь по темным туннелям. Он метался к потолку каждую минуту, и каждый раз надеялся наткнуться на выход наружу. Стражник уже в коридоре и идет за ним, но вот долгожданный путь наверх. Куда теперь, к дворцу? В лавку? Где же её хозяин?
Молнии, молнии! Их сверкание повсюду, этот город обречен, если прямо сейчас не поймать хотя бы одну из них. Глина крошится от их ударов, потолки жилищ размывает проливной дождь. Как же давно Ловец не принимался за дело без своих средств, но ведь бывало и такое, с голыми руками и лишь сумкой наперевес, также, как и в этот раз. Вспышка, удар, вспышка, адский треск, хруст и вспышка одновременно. Уже не разобрать, всё слилось в единый шторм, не прикинуть промежутки и не измерить частоту. Стражник бросил всякую погоню и поспешил спрятаться в склеп. Ещё немного и бургомистр отправится туда же. Почему он не согласился? Если бы он был тут сейчас, точно бы передумал и первый бы обмазался глиной с ног до головы. В неверном призрачном свете никто не назовёт этот город величественным. Мертвенные проблески одних молний гаснут в ослепляющим разгуле толстых как стволы вековых деревьев разрядов других. Настоящий разгул хаоса! И в этой непогоде человек со слоновой костью в руках принялся подтверждать своё доброе имя.
Лишь бы выследить подходящую, выловить её, чтобы вспомнили руки. Толстое неуклюжее шаровое образование тащится прямо к нему, будто пытается поспеть за остальными. Ловец что то выкрикнул в прыжке и готов поспорить люди спутали это с ударом грома. Взмах, прыжок, капли плазмы и шумящий звук электричества. На слоновую кость будто капнули расплавленным металлом, ибо получилась какая-то круглая ямочка. Кажется такой пластинки в коллекции Ловца ещё не было! Руки целы, даже ни малейшего ожога. Надо продолжать, теперь нужно схватить ту, пошустрее, что бьет одну из стручковых башен!
Люди решили, что даже буря обезумела от своей жестокости, ведь звуки, которые стали доноситься стали неестественны даже для бушующего актарда. Вместо тех, к которым нельзя привыкнуть, добавились еще и скрежет с бурлящим криком. Определенно, в стихию вмешалась ещё другая сила, которая то ли пытается забороть её, то ли молит о пощаде. Каждый раз, заслышав эти болезненные звуки среди ровного грохотания грома и треска зданий от ударов, люди сомневаются в существовании тех дней, когда они суетливо бегали меж торговых палат. Уже близится утро, а город ни на торицу не приблизился к надежде о спасении, так, уже каждый принял свою участь. Бургомистр в своём кабинете прижался к полу и молит короля о спасении его поданных.
- Хорошая новость! Тебе не придется бежать в спешке, при такой погоде никто не будет сомневаться, что дыру в стене проделала молния, а взрыва никто не услышал, потому что я не уверен, что ты сейчас меня слышишь! Да, ты был прав, это похоже на королевскую свадьбу! И всё таки я не понимаю как ты это делаешь. Давай, божий помазанник, надевай доспех если ещё не передумал!
- Я бы мог отказаться, но не стану! Актарда! Где ты был? Тот стражник тебя не встретил? - Ловец запустил свои руки, от которых исходил ни то пар ни то дым, прямо вглубь кувшина, полного фанелевой глины. - Слышишь?! Гремят! Хороших пластин ты мне подготовил, а теперь спрячься, мне понадобиться ещё партия таких, когда я буду убираться отсюда!
Спустя час или два, последний обломок последней молнии, так и не решившийся спуститься до земли, подло фыркнул с неба и убежал обратно в разорванное облако, которое тут же сдуло и рассеянное небо с пылавшим солнцем всё равно казалось тусклым после всех вспышек. Ловец стоял неподвижно посреди площади. Запах свежести, паленого мяса и гончарной мастерской в конце дня заполнял всё вокруг. Первым показался учёный муж, попробовав докричаться до соратника, он схватил и оттащил его к ближайшему зданию. Вторым показался бургомистр с более чем дюжиной солдат, хотя они опасливой поступью шагали за ним, всё же это были верные делу боевые псы. Они вели кого то, тащили за волосы. Господин бургомистр, дойдя до середины площади, где до минувшей бури располагался памятник королю, начал своим привычным сухим голосом зачитывать приговор: " За нанесение ущерба неприкосновенной собственности Его величества, за преступление против короля и народа Рыжих земель, этот дворовый щенок приговаривается к смерти."
- Довольно смертей! - выкрикнул учёный муж. Господин бургомистр рассчитывал на подобный выпад, точнее он и провоцировал его намеренно, но если этого бы не случилось, он бы отдал приказ рубить.
- А, берёте вину на себя, или вы и в этом виновны? У вас уже есть свой приговор, за осквернение святыни и преступлении перед богом и Его величеством...
- Виновен, и взрыв я учинил. Ты, железный сарай, отпусти ребёнка!
- Отпускай. - сказал бургомистр так, что было слышно только солдату.
Мальчик молниеносно убежал.
- Отважный парень. Я и не думал, что он придет в такой дождь, да ещё без зонта. - Ловец полностью пришёл в себя, но слова и движения ему всё равно поддавались с некоторой неохотой.
- Да, местных мальчишек не заботит погода. Беги прямо сейчас, иди в Чёрную скважину, там тебя не достать.
- Ты лишишься головы, у тебя есть приемник?
- Следить кому есть, а значит дело продолжится.
- Хорошо. Это хорошо. Сэр Торн, нарекаю тебя рыцарем этих земель.
- Сэр Ловец, зря ты отказался от лошади.
Бургомистр сам замахнул меч над головой учёного мужа, но Ловец этого уже не видел, покидая город.