На трущобы забытого города опускались сумерки, свет не попадал на узкое подобие улиц, а накренившиеся дома, сделанные из листов шифера и поломанных кирпичей, тихонько поскрипывали открытыми калитками и досками на окнах. Под этот скрип пробираться сквозь мусор становится жутко, дыхание замирает, когда в соседнем переулке завыл пес, а его псевдо песню подхватили облезлая псина, которая вылезла из кучи строительного мусора. Дафна остановилась перед костлявым псом, дабы пропустить его, но тот не собирался уходить, он был занят обглоданной костью, которую крепко держал лапами. Дафна фыркнула и прошла мимо, пес зарычал. —Тихо.—Прошипела та и побрела дальше, пес не унимался—Тихо—она схватила первый камень под ногами и замахнулась на собаку, та бросилась в переулок, не забыв про кость.—То-то же Над головой сгущались не тучи, которые могли бы закрывать взор на звездный небосклон, там сгущались провода, означало это, что вскоре, она доберется до заветного места, к которому ее тянет почти каждый