Испанский король Жозеф Бонапарт.

Испанский король Жозеф Бонапарт пытался назначить в колонии новых эмиссаров, но под давлениемнаселения местные губернаторы присягнули смещенному французами испанскому королю Фердинанду. Таким образом, колонии оказались фактически независимыми — ведь сам Фердинанд находился во французскомплену. Наполеон сделал хитрый тактический ход —так как ввиду господства на море английского флота он все равно не мог добиться подчинения испанских колоний в Америке, император французов в 1809 году высказался за их незавиСИМоСтТЬ. В 1810 году французы одержали ряд побед в Испании и противостоящая им Центральная хунта в Кадисе самораспустилась. Вместо нее борьбу против оккупантов возглавил Регентский совет, действовавший от имени короля Фердинанда. Совет выпустил прокламацию к населению испанских колоний,в котором объявлял всех их жителей «свободными людьми». Документ имел тактический характер и был явно рассчитан на то, чтобы противостоять посулам французов, также обещавших колониямнезависимостью. Прочитав прокламацию, Миранда осознал, что теперь независимость его родиныблизка, как никогда. И действительно, как уже упоминалось, 25 апреля 1810 года в Каракасе был создан орган самоуправления — Верховная хунта — пока официально лишьс целями охраны прав короля Фердинанда от французских посягательств. Темне менее под маской внешней покорности испанской короне хунта в Каракасе с самого начала стала проводить в жизнь или хотя бы декларировать прогрессивные преобразования. Была введена свобода торговли (и тем самымподорвана экономическая основа испанского владычества в Южной Америке), отмененыналоги на продуктыпитания, запрещена работорговля, а все индейцы были освобожденыот подушной подати. Парадокс состоял в том, что примерно то же самое делали французы в Испании, а боровшиеся против них от имени Фердинанда силы наоборот хотели вернуть Испаниюв затхлое феодальное болото дореволюционных времен. Каракасская хунта выступила с призывомк созданиюаналогичных органов по всей Америке, но в испанском Новом Свете царили выжидательные настроения. Понимая всю шаткость своего положения, хунта отправила в Лондон своего официального представителя с целью добиться поддержки европейских держав. Посланец революционного Каракаса 27-летний Симон Боливар прибыл в Лондон в июле 1810 года с инструкциями немедленно связаться с Франсиско Мирандой — признанным историей и тогдашним общественным мнением пионером латиноамериканского освободительного движения’. Симон Боливар родился в Каракасе 24 июля 1783 года, т. е. был старше Мирандына целое поколение. Отец Боливара, закоренелый холостяк, женился лишьв 47 лет на 14-летней девочке из богатого и знатного рода.