Положение Миранды.

Формально положение Миранды было щекотливым — все же каракасская хунта формально действовала от имени испанского короля, для которого Миранда был врагом номер один. Тем не менее, хунта разрешила Миранде прибыть в Каракас, а для его встречи образовали официальную делегацию во главе с Боливаром. В Каракасе Миранда сделался неформальнымлидером Патриотического общества (клуба), члены которого (примерно 200 человек) хотели полного отделения от Испании и прогрессивных реформ в духе французской революции. Миранда, как генерал французской революционной армии, был живой иконой всех прогрессивных венесуэльцев. Между тем положение самой каракасской хунты было далеко не радужным: США и Англия оказали в признании, а во многих районах Венесуэлы продолжали править чиновники испанской колониальной администрации, попросту игнорировавшие выскочек из Каракаса. Испанский Регентский совет дал указания испанскому флоту на Кубе и Пуэрто-Рико выйтив море и блокировать венесуэльское побережье. Было ясно, что после изгнания французов из Испании, в Венесуэлу прибудут карательные войска из метрополии. Хунта объявила (по американскому образцу) выборы в первый парламент Венесуэлы — Конгресс —, который открылся 2 марта 1811 года. 40 депутатов представляли большинство районов Венесуэлы, за исключением трех провинций, где по-прежнему правила испанская колониальная администрация. Конгресс из тактических соображений принял присягу на верность испанскому королю Фердинанду, хотя большинство депутатов были сторонниками независимости. Обязанности правительства стал осуществлять выбранный Конгрессом исполнительный комитет из трех человек. Миранда баллотировался в члены комитета, но получил всего 6 голосов из поданных 31. Воистину пророка в своемотчестве не было. Основоположнику освободительной борьбы предоставили лишь церемониальный пост вице-президента Конгресса, В годовщину образования хунты — 19 апреля 1811 года — Патриотическийклуб во главе с Мирандой устроил манифестацию в Каракасе, требуя немедленного провозглашения независимости. Однако против этого резко выступила католическая церковь, давно считавшая Миранду революционероми безбожником. В Конгрессе один из священников даже бросился на Мирандус кулаками. Но Миранда был не один — 4 июля 1811 года члены Патриотического общества во главе с Боливаром окружили здание Конгресса и потребовалинемедленного провозглашения независимости. В самом парламенте неоднократно выступал Миранда, убеждая депутатов на основании опыта французской революции, что провозглашение республики не приведет к краху экономики. И Конгресс сдался — 5 июля 1811 года все депутатыза исключением одного проголосовали за независимость от Испании. Население Каракаса восторженно приветствовало это решение.