В мгновение мы разлетелись и встретились только через десять минут у выхода на лестничную клетку. В ту же минуту из своей двери, как будто выпущенный из рогатки, вылетел Владимир. С очередным пакетиком мусора, правда более объемным, чем раньше. Он перекрыл собой доступ к входной двери и строго спросил: кто мы такие? – Ты сам-то знаешь, кто такой? – со злостью спросила Наташка, пытаясь сдвинуть монолит соседа в сторону. Он слегка озадачился и с недоверием воззрился на Наталью. – Пусти нас, родной, – ласково сказала я. – На правое дело идем. Любовницу мужа выслеживать. Неужто не узнал? – Я, это… думал мошенницы какие-нибудь… Не узна-а-ал! – Просто ты привык к нашим незабвенным лицам в ореоле домашнего хозяйства. По ночам хоть дремлешь или на посту круглосуточная вахта, у дверного «глазка»? – Меня тоже стала бесить эта неподвижная белесая личность. Я пригляделась к соседу повнимательнее. – Володя, тебе надо подкраситься. От корней уже прут темные волосы. Пока следил за нами, себя упустил. Он машинально прикрыл ладонью голову. – Зима! Линяет! – поддержала меня Наташка. – Нечего на краску тратиться. Где-то у меня гидропирит завалялся – приеду с задания, пожертвую. А теперь, сделай милость, сгинь по направлению к мусоропроводу. – Она легонько толкнула соседа и просочилась в образовавшуюся щель. Я рванулась за ней. – Глупостей не наделайте, – ворчливо раздалось от двери. – Хотите с вами поеду? – Это уже будет похоже на гастроли коллектива ряженых, – отшутилась я и помахала ему рукой. Наталья вызвала лифт, а Владимир закрыл за собой дверь, так и не выкинув мусор. Минут пятнадцать «Таврия» не хотела заводиться, пока Наталья не вспомнила, что аккумулятор отсоединен и находится дома. Обругав соседа Володю за то, что лишил ее возможности думать, поскольку вся энергия ушла в силу противодействия его козням, она унеслась домой. Потом вслед за ней в подъезд влетел муж дворничихи. Еще через пятнадцать минут мы выехали…