Однажды Котельников попросил на время мои рассказы. — У меня есть дядя, — сказал он, — главный редактор эстонского Кинокомитета. Пусть ознакомится. — Пусть. Я дал ему «Зону». И забыл о ней. И вот пронесся слух — у Котельникова обыск. Вообще наступила тревожная пора. Несколько молодых преподавателей ТПИ уволили с работы. Кому-то инкриминировали самиздат, кому-то — чистую пропаганду. В городе шли обыски. Лекторы по распространению грозно хмурили брови. Чем это было вызвано? Мне рассказывали такую версию. Группа эстонцев направила петицию в ООН. «Мы требуем демократизации и самоопределения… Хотим положить конец насильственной русификации… Действуем в рамках советских законов…» Через три дня этот меморандум передавали западные радиостанции. Еще через неделю из Москвы поступила директива — усилить воспитательную работу. А это значит — кого-то уволить. Разумеется, помимо следствия над авторами меморандума. Ну и так далее. У Котельникова был обыск. Не знаю, в чем он провинился. Дальнейших сан