Деревня Софрино расположилась в укромном месте в десяти километрах от кольцевой дороги. Собственно, деревни уже почти не было. От нее остались лишь согнутый дорожный указатель, два старых жилых рубленых дома с забором из штакетника и три развалюхи, явно необитаемые. На месте бывшей деревни раскинулся коттеджный поселок с одноименным названием. Кирпичные особняки надменно смотрели на нас окнами верхних этажей. Нижних из-за сплошных заборов не было видно. Мы с Наташкой такого не ожидали. Точнее, мы не ожидали того, что Светлана может быть обитательницей такого дома. Почему-то представляли ее живущей в обыкновенном сельском доме с пристройкой, где живут куры. Судя по данным Натальи, Шелепиным Светлане и Герману принадлежал дом номер шесть. Димка быстро взял инициативу в свои руки. Пока мы хоть и в привычной обувке, но весьма неуверенно топтались у каменного забора с металлическими воротами и калиткой, украшенными затейливыми узорами, он решительно нажал на одну из кнопочек, вмонтированных в каменный столб. Это оказалось переговорным устройством. Ответила женщина и попросила назвать причину визита. Мы с Наташкой обалдели окончательно. Степень недоверия к происходящему достигла апогея. Хором, перебивая Димку, мы заорали: – Шелепины здесь живут?! Женщина спокойно подтвердила, что адресом мы не ошиблись, и повторила вопрос о причине визита. Димка цыкнул на нас и пояснил, что мы соседи Светланы по московской квартире. Возникли определенные вопросы по поводу проживания там неизвестного нам лица, поэтому хотели бы переговорить со Светланой либо Германом. – Одну минуту. Я сейчас спущусь, – ответила женщина. Стало понятно, что внутрь нас не пустят. Через несколько минут она появилась по ту сторону металлической калитки, и я поняла, что ошиблась, наградив ее по молодо звучащему голосу возрастом, не доходящим до тридцати лет. Ей было не меньше пятидесяти. Полноватая. А может, ее просто полнила шуба из чернобурки.