Я подошел к старому полуразрушенному дому. Он был расположен посреди фермы в сельской местности Висконсина. Краска почти полностью выцвела с деревянных панелей двухэтажного фермерского дома. Сарай сбоку был почерневшим и обугленным. Земля была относительно бесплодной, в основном грязь вокруг дома, но поле травы и сорняков росло недалеко от периметра.
Я подошел к дому и поднялся на скрипучее крыльцо. Был жаркий, влажный летний день, и я снял солнцезащитные очки, когда добрался до тени крыльца. По обе стороны от центральной двери было по несколько окон. Они были покрыты грязью и выглядели, как хрупкие старинные окна. Раньше дверь была бледно-белой, но теперь от нее осталась только часть. Я схватился за ручку и попытался повернуть ее, но безрезультатно. Казалось, что кто-то запер ее. Тот факт, что замок вообще работал, поразил меня. Потребовалось лишь небольшое усилие, чтобы открыть дверь.
Внутри дома было так же уныло. В доме не было ни единого предмета мебели. На стене, где висели картины, были отметины, но ничего не осталось, кроме тени прежнего присутствия. Это было жуткое чувство - осознавать, какой важной частью семейной жизни, должно быть, был этот дом. Теперь он стоял пустой и гниющий. Я прошел через то, что, как я мог только догадываться, было гостиной. Я открыл дверь в подвал. Там было темно и стоял отвратительный запах. Я порылся в кармане и достал фонарик. Я включил его и спустился по ступенькам.
Я увидел красные пятна на полу, сопровождаемые меловыми линиями. Это было место преступления, и, судя по всему, довольно жестокого убийства. На одной из стен висели цепи с малиновыми пятнами вокруг наручников. В центре комнаты стоял металлический стол, который начал покрываться ржавчиной. У стены напротив лестницы стоял рабочий стол с различными инструментами, многие из которых были испачканы кровью. В дальнем конце комнаты стояла окровавленная ванна, над которой висели крюки для мяса. Бетонный пол во многих местах был красным.
Я поднялся по ступенькам и отпер дверь. Я распахнул скрипучие двери и увидел прекрасный закат. Я наслаждался закатом, впитывая последние лучи солнечного света с оранжево-розового неба. Я обошел дом, и ночь начала обретать очертания. Моя машина одиноко стояла на подъездной дорожке. Я осторожно подошел ближе к машине и достал ключи из кармана. Послышался приглушенный крик. Я открыл багажник.
Там был стройный мужчина, связанный клейкой лентой. Он пытался что-то крикнуть сквозь скотч, которым был заклеен его рот, но вырвались только приглушенные крики. Его глаза были полны настоящего страха, когда он посмотрел на меня. Я скривил злобную ухмылку. Я вытащил его из машины и потащил к дому. Я потащил его вниз по лестнице в подвал. Я удерживал его на столе, пока он кричал о помощи. Я не смог сдержать улыбки под хирургической маской, которую носил. Его крики были такими элегантными и красивыми. Как только он был пристегнут, я взял нож со стола для инструментов. Я повернулся к мужчине. Он начал плакать, когда я показал ему нож.
“Мне больше нравится вид места преступления, который оставила здесь полиция. Они должны были знать, что убийца всегда возвращается на место преступления.”