Начало учебы в аспирантуре отметилось двумя печальными открытиями. Первое было неизбежно: аспирантская стипендия сильно не дотягивала до повышенной студенческой, 80 рублей против 126. Остались в прошлом и бесплатные талончики на обед от спортивной секции.
Второе же… Тут вопрос спорный. Могло быть иначе, не могло — но в том году исчез СССР. А с ним и регулируемые цены, так что поход в универсам стал обходиться в 100 рублей, вскоре 300, потом и вовсе цены распухли нулями. Что этому противопоставишь?
Стоим мы как-то втроем после кафедрального семинара, и вдруг Вадик говорит:
- Давайте заработаем? Есть идея.
Как говорится, кто против? В те времена относительно честно заработать — значит, перепродать. Взять, где знаешь, и толкнуть, где купят. Вчерашние инженеры и рабочие вооружились клетчатыми сумками модели «мечта оккупанта», и, преодолевая всевозможные препоны, отстегивая представителям власти и криминала, везли в страну на перепродажу разные шмотки. На такой большой каботаж мы не были готовы. Но Вадим предлагал не это!
- Короче, вы видели на улицах торговлю бананами? Десяток ящиков прямо на тротуаре, продаван с весами. Кругом полно. А откуда они их берут?
- С баз каких-то, не ездят же сами в Африку?
Это правда, до крупных продовольственных сетей еще оставалось лет десять, и, кто мог, паразитировал на стремительно разрушающихся остатках советских каналов поставки.
- Так вот. Мы можем на базе где-нибудь купить партию бананов? Можем. Машина у нас есть, - тут он посмотрел на нас с Андреем, у нас действительно была на паях изношенная почти в хлам Волга ГАЗ-2402, в просторечии «сарайчик». - Загружаем на базе машину, привозим на точку, продаем оптом. Разница в карман.
Те дни были наполнены такой простой гениальностью. Я как-то ездил к родственникам в Смоленск и в местном магазине увидел автомобильные топливные фильтры, в Москве они в тот момент были дефицитом. Оказалось, продукция местного завода. Купил на все деньги три ящика, отправил в багажном вагоне в столицу. И только привез ящики в Южный порт, единственное место торговли запчастями, как у меня их тут же, не вскрывая и даже не считая, выкупили за три смоленских цены. А потом поставили на прилавки еще втрое дороже. Хотя могло быть иначе: кто-то за время моей поездки завалил рынок фильтрами, и мои никто не берет.
Предложение нас не удивило, но был, был, конечно, вопрос, так ли мы хорошо знаем, откуда берутся на улицах бананы? Однако у Вадима все было продумано. Едем на точку, зовем бригадира, обещаем ему дешевле, чем он берет сейчас… Ну и далее понятно. Надо сказать, эта часть плана прекрасно сработала. Приехали, поговорили, когда привезем — ранним утром послезавтра. Точки, кстати, были очень хорошо расположены, прямо на Новом Арбате.
Нынешнему человеку не понять этой авантюры. Что там, посмотрел в интернете цены на базах, фотки тамошних бананов, а то прямо сразу заказал и оплатил, и горя не знаешь. А теперь вычтите из всего этого интернет? Нет, цену на базе в Солнцево Вадик знал, телефон-то уже в то время изобрели. Но кроме цены ему сказали только «приезжай-бери», и бросили трубку.
И вот часов в пять утра мы выехали на базу. Я за рулем, потому на территорию не пошел, ждал снаружи, как на погрузку впустят. Зря ждал, минут через пятнадцать коллеги вернулись, и лица их были совсем не жизнерадостны:
- Там половина зеленых, половина гнилье!
Все же жаль, что интернета тогда не было. В таких бананах да, Чебурашка бы до Гены не добрался.
- А если на другую базу? - предложил я, поскольку помнил какие-то базы, проезжал мимо них, когда по ночам таксовал на этой самой Волге.
- Вперед! - Вадик почувствовал надежду. Хотя, честно говоря, все уже было и так понятно.
Минут через сорок мы пришвартовались у ворот на севере Москвы. Потом помчались в сторону Щелковского шоссе. Потом в Царицыно. Короче, пересекли столицу вдоль и поперек несколько раз. Я крутил руль не хуже заправского гонщика, хорошо, что камер тогда еще не придумали. Но кругом нас ждала одна картина: или бананов нет, или есть, но такие, которых не то что на Новом Арбате, в Чертаново не купят. Брать никакого смысла: бригадир не примет, и все пойдет прямиком в убыток.
А где-то на Арбате на точках стояли люди с весами, но без ящиков. Их обтекал поток потенциальных покупателей. Вот как моя знакомая, которая каждое утро покупала ребенку ровно один банан, поскольку на гроздь дневного дохода не хватало. Продавцы чертыхались на своего бригадира, а заодно, вместе с ним, на этих залетных, на Волге.
Что нам оставалось? Да ничего. Скидываться на отступные. Я отдал резервные 150 долларов, скопленные таксованием, ребята тоже вывернули карманы. И мы поехали к бригадиру. Закончиться могло по-разному, хотя ранние девяностые еще не были столь кровожадны. Но мы оказались очень рады, когда Вадик вернулся в машину:
- Пришлось сказать, что наши два вагона бананов ушли в Ленинград, там цены повыше. Ну, в общем, он простил. Хорошо, бабок хватило. Такой… холодок внутри...
Прошло несколько лет, когда я решился взять пяток бананов, уже в универсаме. А откуда тогда брались на улицах спелые-желтые — так и не узнал.