Коллеги прощаются с культовым блюзовым музыкантом Николаем Арутюновым,,,
Что за год то такой… Николай Арутюнов…….,покойся с миром..
Коленька! Дорогой мой друг! Как же так? Как же я теперь буду без тебя?
Но сейчас я хочу говорить только о тебе. Много лет назад, когда мы познакомились, ты поверил в меня, дал шанс овладеть профессией, стал настоящим другом и наставником. Я училась у тебя буквально всему.
В этот момент ты, конечно, там шикаешь на меня и говоришь, что я пришла в «Лигу Блюза» готовой артисткой, но мы-то с тобой знаем, что это не так.
Ты был рыцарем своего дела! Никогда не позволял ни себе ни нам всем снижать профессиональную планку. Твоя всепоглощающая преданность и любовь к своему делу восхищают. Поэтому ты умел искренне радоваться успехам друзей и коллег.
Я благодарна тебе за все. За дружбу, за музыку, за счастье, которое мы испытывали на сцене! За все, все… Я плачу и не могу остановиться! Не могу поверить, что больше никто не назовет меня Машундель! А главное, что я не услышу больше твой удивительный голос. Некоторым зрителям еще только предстоит понять человеком какого масштаба ты был. А твои друзья знают это уже давно и гордятся дружбой.
Мы были настолько близки, что люди спрашивали нас не родственники ли мы? На что ты отвечал всегда по-разному. То ты был моим сыном, то братом, или вообще отцом! Нас это очень веселило, и мы каждый раз бурно выясняли кто же мы друг другу. Я всегда понимала, что мы родные люди.
Сегодня я потеряла настоящую опору – лучшего друга и учителя. Я выражаю соболезнования жене Леночке и сыну Сергею. И всем, кто знал и ценил Колю! Царствие тебе небесное! Прими мою благодарность, уважение и любовь…
Сейчас, когда сообщили все СМИ, я свободен от обязательств хранить это в тайне. Итак, несколько дней назад ушел Коля Арутюнов, человек, с которым мы прошагали бок о бок последние 35 лет. Осенью 1986-го он появился на пороге моей квартиры на Балтийской и остался в моей жизни до конца.
Я написал песни для первой пластинки его «Лиги Блюза», в меру сил помогал во всех последующих проектах, которых было немало, и отношения наши быстро вышли за пределы отношений артист-автор. Кроме известных всем профессиональных достоинств, он был отличным собеседником, который мог поддержать разговор на любом уровне от Кафки до черных дыр, что для артиста большая редкость, и с ним было вкусно выпивать и закусывать, что мы и делали с упоением и пугающей регулярностью. При этом мы любили совершенно разные вещи, что, наверное, и скрепляло нас крепче любого цемента.
Само собой, он оказался болельщиком «Динамо», а я был спартаковец, он был блюзмен, а я любил фанк, ему нравились тексты Руфуса Томаса, а мне Лоренца Харта, если он говорил – Инга Румпф, то я отвечал – Билли Холидей, и так до бесконечности. Наши словесные пикировки «блюз против фанка» под «Ахтамар» – это было нечто.
В 1996-м году я женился на прекрасной девушке Лике, и он был нашим посаженным отцом на венчании – фрагмент его головы с легко идентифицируемыми очками виден на фото 2 - он держит над моей головой корону. Он же, с женой и сыном были первыми, кто пришел поздравить нас с рождением Артема.
За свои 67 лет он запустил на профессиональную орбиту огромное количество музыкантов, имена которых я не стану здесь перечислять – уверен, каждый из них найдет возможность отдать ему должное. Я также не стану перечислять все его достоинства, которых с лихвой хватило бы на десятерых. Скажу только об одном, которое считаю самым важным – он был на редкость порядочным человеком и в творческом, и в человеческом измерении. Он не принимал концепции «победы любой ценой». Он хотел победить, но на своих условиях, не переходя границ своих представлений о достоинстве и чести.
В 2008 мы написали самую, наверное, известную нашу совместную песню «Игры, которые мы заслужили вместе с тобой», которая не имела никакого отношения ни к блюзу, ни к фанку, но была исполнена кучей отечественных звезд и стала гимном официальной российской заявки «Сочи-2014», а потом и самой Олимпиады.
Я поддерживал его решение пойти на проект «Голос», хотя его отношение ни к отечественной музыкальной индустрии, ни к людям, ее населяющим, не изменилось ни на йоту. Но я считал, что таких людей, как он, страна должна знать в лицо. И она его узнала. Пусть и с большим запозданием.
Летом он появился на презентации моего романа на книжной ярмарке на Красной Площади (фото 3). Он подошел к микрофону, сказал несколько слов о романе, а потом сообщил: «Сейчас я спою вам песню, которую мы с Кареном… хотели написать, но потом оказалось, что ее уже написала Дженис Джоплин…» И спел a cappella свой коронный номер – джоплиновскую «Mercedes-Benz» Последний раз в жизни…