Кортесу удалось добиться победы не только с помощью военной силы или психологического подавления воли врага. Он оказался хитрым дипломатом, быстро понявшим, что режим Монтесумы держится на зыбкой основе. Абсолютно такая же история произошла в Перу, где Писарро сокрушил империю инков. Инки создали свое государство на базе некой коалиции племен, многие из которых скорее находились в подчиненном положении жертв, чем были бенефициарами империи. Точно так же как и Кортес, Писарро, играя на жестокости инкских правителей, расколол противника и привлек на свою сторону большие силы, позволившие покончить с инками.
Эти моменты являются критически важными для понимания того, почему европейцам удалось завоевать мир. Они не несли в мир несправедливость, которая уже существовала повсюду, куда они приходили. Местные правители повсеместно использовали те же методы, которые были характерны для европейских завоевателей, точно так же подчиняя себе соседей, насаждая страх и силой поддерживая существование своих режимов. Европейцы, приходя на новые земли, привлекали в союзники тех, кто был угнетен, другим обещали богатства, что приводило к быстрому коллапсу местных правителей. На обломках этих империй европейцы насаждали свои порядки. Ацтеков завоевали не 500 человек. Их завоевали 500 человек совместно с тысячами и тысячами врагов, которых ацтеки ранее создали своими же руками. Европейцы умело поняли слабости ацтеков и инков, воспользовались ими и в конце концов заменили одни жестокие режимы другими, своими. И это не было чем-то необычно новым для индейцев Мексики или Перу.
Не следует забывать и еще один элемент, способствовавший успеху конкистадоров: их колоссальная варварская воля и практически безумная смелость. Я считаю, что развитие всех цивилизаций проходит три стадии. Первая из них — варварство. В это время люди считают, что законы их деревень являются едва ли не универсальными законами природы, как когда-то сказал Бернард Шоу. Вторая — цивилизованная стадия, когда люди верят, что их представления о том, как должна быть устроена жизнь, — самые правильные. Но при этом они допускают, что могут ошибаться, и поэтому остаются открытыми для других идей. Наконец, третья фаза — декаданс, когда люди приходят к выводу, что правды и справедливости вообще не существует или что все виды лжи и являются единственной истиной.
Действия конкистадоров не превратили их в варваров. Скорее так: они были варварами изначально, поэтому оказались способны на такие действия. Они были глубоко привержены своей религии, не имели никаких сомнений в ней, при этом не разбирались в теологических тонкостях, а воспринимали бога просто и прямо — он ужасен и, одновременно, хорошо знаком, близок, чуть ли не как друг. Для Кортеса бог был не метафорой, а реальным существом. Такое восприятие бога не является уникальным для католицизма. Мусульмане, протестанты, иудеи и приверженцы других верований разделяли такое понимание и использовали это для достижения вполне земных целей, которые первоначально казались выше их возможностей. Чистая, варварская сила была основой их власти.