Честно признаюсь, я завидовала Алле. Она классно танцевала. Мы с детства занимались в одном ансамбле. Я была так себе, средненькой, да и по фигуре бочоночек, а Алка – настоящей примой! Такая гибкая, пластичная, тонкая, как струна!
Учительница все время ставила ее в первые ряды. Ставила в пример. Алла была солисткой, на которую восхищенно смотрел весь зал. А такие, как я, чувствовали себя жалким довеском.
Алле пророчили большое будущее, так и вышло – она поступила в колледж культуры на хореографа, закончила институт по выбранному профилю, а пришло время – и сменила нашего педагога, которая вышла на пенсию. Знаю, что ансамбль добился успеха, выступал за границей, участвовал в телешоу.
Иногда мы встречались с Аллой на улице – она никогда не задирала нос, всегда была приветливой и доброжелательной, спрашивала, как дела. Я пошла по другому пути, бросив танцы, и не жалею об этом: нашла хобби, которое переросло в работу, да и выгляжу гораздо лучше, чем в детстве.
Но с большим интересом слушала ее рассказы и любовалась: передо мной была живая звезда, человек из совсем другого мира. И нотка белой зависти нет-нет да и звучала…
Недавно я снова встретила Аллу – и не сразу узнала. Передо мной стояла тюха-матюха в мышиного цвета пуховике в пятнах и мышиным же полуседым хвостиком. У нее было где-то 20 кг лишнего веса и, когда она улыбнулась, было видно, что не хватает зуба. Но улыбалась она абсолютно счастливо. Рядом с Аллой стояла коляска, в ней спал малыш.
Я, как всегда, поздоровалась, попробовала поговорить с ней, а потом поняла: не о чем.
Алла вдохновенно начала рассказывать, как режутся зубки у ее семимесячного ребенка, какой у него, извините, стул и на каком сайте можно купить со скидкой подгузники. Когда я осторожно спросила про возвращение на сцену, только засмеялась и махнула рукой…
Звезды, которой я восхищалась, больше не было. Мне могут возразить, что за Аллу можно только порадоваться – она выполнила свое женское предназначение, вышла замуж, родила ребенка, наполнила жизнь смыслом. Не все же порхать по сцене, как бабочка.
Но ведь мужчина, который стал отцом малыша, должно быть, полюбил именно бабочку, а не вот это вот нечто в сером пуховике без зубов!
Меня не покидает ощущение, что человек, которым я восхищалась, наступил на горло собственной песне и потерял саму себя. Да, кстати: нам с ней обеим по 35. Сейчас меня зовет замуж один хороший человек. Но я не тороплюсь. Боюсь стать такой, как Алла.
Как вы думаете, зря боюсь?