Рождение легенды
Учёные знают, что мемуары — ненадёжные источники информации. Но даже в книгах очень известных историков часто можно увидеть ссылки на «Потерянные победы» Эриха фон Манштейна или работу «Танковый лидер» Хайнца Гудериана.
Мемуары служат в первую очередь самоутверждению. Отстранённые от службы генералы вермахта хотели вернуться в строй, показать, что они могли бы и дальше воевать против русских, служить американцам, делать карьеру. Хотели обрести влияние в бундесвере, а также списать свои ошибки на кого-то другого. Генералы делали вид, что не имели ничего общего с Гитлером; что они были просто солдатами. Как будто 95% немцев были в сопротивлении, остальные эмигрировали, а Гитлер делал всё сам.
Имя Хайнца Гудериана (Heinz Guderian) знает каждый, кто занимается историей танков. В кругах специалистов распространяется его образ как создателя немецких танковых войск. Это представление навеяно не только мемуарами Гудериана. Ещё в начале 1943 года Гитлер назначил его генеральным инспектором танковых войск, и уже тогда в литературе появились дифирамбы Гудериану от подчинённых, например от генерал-майора Рудольфа Тайса.
Тайс относился к числу людей, которые льстят начальству в надежде достигнуть определённых целей. В своём сочинении 1943 года он называет Гудериана «духовным создателем танковых войск, создавшим их из ничего».
Это мнение укрепилось после войны так сильно, что даже высшие генералы в своих мемуарах его повторяли. Например, создателем немецких танковых войск называл Гудериана Эрих фон Манштейн. Соглашался с ним и генерал Вальтер Неринг: «Конечно же, Гудериан был создателем немецких танковых войск».
Такие заявления не были ложью в угоду Гудериану — эти люди заблуждались, потому что не участвовали во многих процессах 1920–1930-х годов.
Опровержения легенды
Опровержения легенды о Гудериане как создателе и духовном отце танковых войск существуют уже давно. Есть литература — к примеру, The Roots of Blitzkrieg («Корни блицкрига») Джеймса Корума, Guderian: Panzer Pioneer or Myth Maker («Гудериан — танковый пионер или создатель мифов») Рассела Харта. Можно назвать также докторскую работу Маркуса Пёлмана 2016 года Der Panzer und die Mechanisierung des Krieges («Танк и механизация войны»).
Но мемуары Гудериана были очень популярны и повлияли на сознание многих. Особенно в англосаксонском пространстве — они создали определённую картину войны и немецких танковых войск.
Исследуем несколько моментов в воспоминаниях Гудериана, где он изображает себя создателем немецких танковых войск. В 1922–1924 годы он был капитаном транспортных войск — и вот как описал своё развитие как специалиста:
Я искал сведения об опыте применения бронированных машин и встретил молодого обер-лейтенанта Фолькхайма, который обобщил опыт небольших немецких и более многочисленных вражеских танковых войск и предоставил для использования в нашей армии. Благодаря ему я достал определённую литературу и на основе этой теории изучал вопрос.
Получается, что Фолькхайм был помощником, который принёс Гудериану пару статей. Это единственное место в мемуарах Гудериана, где он упоминает Фолькхайма.
Кем же был этот Фолькхайм? В Первой мировой войне, в отличие от Гудериана, он сам был командиром штурмового броневика Sturmpanzerwagen А7V. В 1923-м выпустил брошюру для военного журнала Militärwochenblatt, в то время очень известного: в нём тогда публиковались все специалисты военного дела. Фолькхайм написал целую серию статей «Немецкие боевые машины в войне», позже опубликовал её в виде книги. Тогда он был ещё просто лейтенантом, а не обер-лейтенантом, как пишет Гудериан. В 1924 году вышла книга Фолькхайма «Боевая машина в современной войне», в те годы она была очень известна. В боевой машине он всё ещё видел средство поддержки наступления пехоты, но призывал активно применять танки на широких участках фронта и в закрытых подразделениях. Особое внимание уделил улучшению подвижности и совершенствованию брони, а также применению раций. Такое мышление оказалось очень перспективным, как нам сегодня известно.
Он был специалистом, а не помощником Гудериана. Но тот пишет об этом по-другому:
Среди слепых одноглазый король. Так как никто больше этими вещами не занимался, очень скоро у меня появилась репутация эксперта. Этому помогли некоторые маленькие статейки, которые я иногда публиковал в Militärwochenblatt («Военная газета недели»).
Давайте разберёмся, действительно ли Гудериан уже тогда имел репутацию эксперта. В середине 1920-х годов наряду с Фолькхаймом одним из ведущих танковых теоретиков считался подполковник Освальд Лутц, начальник отдела инспекции оружия и техники. Этот отдел рейхсвера в 1925-м провёл исследования о танках и пришёл к выводу, что немецкая армия в будущем должна иметь два типа танков:
1) с мощной бронёй и орудием, но медленные в бою;
2) быстрые, легкобронированные, легковооружённые — для разведки и поддержки.
Гудериан был далёк от участия в этих исследованиях — он служил офицером в Генеральном штабе второй дивизии в Штеттине.
В 1925-м немцы начали разрабатывать собственный танк, так называемый «Грострактор».
Гудериана опять не позвали. С 1926 года инспектор моторизированных частей Альфред фон Фоллард-Бокельберг переделывал механизированные части из частей снабжения в полноценные боевые. В мемуарах Гудериана об этом написано так, будто он сам этим занимался. Но в то время он не имел влияния на эти процессы. Фамилия Фоллард-Бокельберг у Гудериана в мемуарах даже не появляется.
В 1927 году майор Людвиг риттер фон Радльмайер (риттер — титул, обозначающий рыцаря), начальник инспекции механизированных частей, выступил за независимое применение танковых соединений, что тогда было революционной мыслью. Гудериан в ту эпоху в танковых вопросах не имел никакого авторитета. Радльмайер же в 1919–1932 годах управлял секретной танковой школой в Казани, в СССР, где Красная армия и армия Рейха вместе испытывали боевые машины и тактики для них.
В конце 1927 года полковник Вернер фрайхерр фон Фрич (фрайхерр — титул, равнозначный барону) понял, что танки — это решающее оружие нападения. Он подчёркивал большое значение самостоятельных танковых соединений. Фрич был в то время начальником отдела армии в Войсковом управлении в Министерстве обороны. В программе вооружения 1928 года танкам придали первую степень важности.
Что делал Гудериан в это время? В середине 1920-х он начал публиковать маленькие статьи в Militärwochenblatt. Но там речь шла исключительно о транспортировке солдат. О танках не было ни слова.
В октябре 1927 года, когда другие уже написали целые книги по этой теме, Гудериан попал в отдел армейского транспорта в Министерстве обороны. В конце 1927-го он опубликовал статью о транспортировке солдат под названием «Подвижные части армии». И в ней коротко упоминалось о танках. Однако Гудериан не разработал новых идей, а лишь перенял существующие концепты. Духовным отцом немецкой танковой доктрины тогда считался Освальд Лутц, но никак не Гудериан.
Почему же Лутц и другие танковые пионеры были забыты? Как и почему Гудериан попал в центр внимания, особенно после войны? Дело в том, что, когда Гудериан сам себя называл создателем танковых войск, Лутц не мог ему возразить. С февраля 1938 года Гитлер уволил его со службы, как и многих других генералов. Во время войны Лутца на короткое время вернули, но в 1942-м окончательно убрали из вермахта. Умер он в 1944-м. Вернер фон Фрич пал в 1939-м под Варшавой. Риттер фон Радльмайер умер в 1943-м, а Фоллард-Бокельберг погиб в 1945 году при невыясненных обстоятельствах.
Вернёмся к Гудериану. Только в 1928 году начальник решил сделать из него эксперта по танкам. Не случайно и не потому, что он докучал руководству, — танковым экспертом его решили сделать сознательно. С октября 1928-го в автотранспортном инструкторском штабе в Берлине Гудериан осваивал танковые тактики. Его посылали в Швецию для изучения танковых войск. Освальд Лутц покровительствовал ему. С 1929 года он был начальником штаба инспекции механизированных частей, с апреля 1931-го стал инспектором и взял Гудериана к себе начальником штаба. Не потому, что был впечатлён «одноглазым среди слепых», а потому, что они были знакомы уже с начала 1920-х годов и Лутц ценил Гудериана как хорошего работника.
Лишь с 1931 года Гудериан наконец мог влиять на развитие танковых войск. Конечно, он описывает это в мемуарах по-другому:
В 1929-м я убедился в том, что танк в связке с пехотой не добьётся решающего значения. Нельзя включать танки в состав пехотных дивизий. Нужно создать танковые дивизии, которые будут содержать все виды вооружения, в которых танки нужны для эффективного боя. Летом 1929 года во время учений я выставил танковую дивизию. Учения были успешными, и я убедился, что находился на правильном пути.
Значит, Гудериан и есть изобретатель танковой дивизии?
Предложение собирать танки и другие виды вооружения в танковые дивизии в Германии поступило впервые в 1929 году. Но выдвинул его не Гудериан, а майор риттер фон Радльмайер, уже в 1927-м выступавший за независимое применение танковых соединений. В публикациях предложение о создании танковых дивизий появилось впервые в 1934 году. И снова это был не Гудериан, а подполковник Мориц фон Фабер дю Фор, командир полка кавалерии. Оба этих имени — Радльмайер и Фабер дю Фор — отсутствуют у Гудериана в мемуарах.
В 1934 году, когда Фабер дю Фор открыто выступал в Германии за создание танковых дивизий, похожие теории стали появляться и в других странах. Во Франции появилась книга Шарля де Голля «Путь к профессиональной армии». Он был тогда офицером французской армии и предложил механизированную армию прорыва и структуры по типу танковых дивизий.
«Танковая враждебность»
В Австрии генерал Людвиг риттер фон Аймансбергер написал книгу «Танковая война». Он также требовал создания танковых дивизий. Гудериан даже упоминает один раз его имя:
В году 1934-м мы получили от начальника штаба книгу с названием «Танковая война». Автором был австрийский генерал риттер фон Аймансбергер. Генерал Бек не знал, насколько значима эта книга. Но я и генерал Лутц поняли, что она отражает наши мысли.
Правда ли то, что Гудериан пишет о генерале Беке? Генерал-лейтенант Людвиг Бек был тогда начальником Войскового управления в Министерстве обороны. Гудериан пишет, что Бек не просто сомневался в этой самой книге Аймансбергера, но и вообще был его главным врагом при выстраивании немецких танковых войск:
Ещё сложнее мне было с новым начальником Генерального штаба Беком. У него отсутствовало понимание современной техники. Он назначал на важные посты в штабе и приближал к себе людей, похожих на него по типу мышления. И со временем создал реакционную стену в Генеральном штабе армии, которую было трудно преодолеть. Отталкиваясь от планов танковых войск, он решил сделать боевые машины поддержкой для пехоты. И, следовательно, наивысшей единицей армии — танковую бригаду.
Танковая бригада содержала два полка и подчинялась штабу бригады. Несравнимо с сегодняшними бригадами. По тогдашней схеме это были два танковых полка под одним штабом, но без поддержки другими родами войск. Из слов Гудериана следовало, что Бек не видел необходимости в создании танковых дивизий. Правда, Бек уже не мог этому возразить, так как после покушения на Гитлера в июле 1944-го его расстреляли.
Эрих фон Манштейн, по словам Гудериана, был частью «реакционной стены», построенной Беком. В 1935 году полковник стал начальником оперативного управления Генерального штаба армии. В 1936-м его назначили генерал-майором и обер-квартирмейстером, а значит, заместителем Бека. В первой части своих воспоминаний, описывающих время до начала Второй мировой войны, под названием «Из жизни солдата» Манштейн писал:
Гудериан, как все новички, боролся с сопротивлением. Армии всегда были консервативными. Но дело не в том, что Генеральный штаб не признавал значения танковых войск или не видел в них средства преодоления позиционной войны, как и Гудериан. Разница в точках зрения заключалась главным образом в том, что Гудериан только танковые части и видел, что с его позиции понятно, в то время как Генеральный штаб должен видеть всю армию в целом.
Геббельс говорил с Гудерианом в начале 1934 года. В июне 1943-го он писал об этом разговоре в своём дневнике:
Гудериан все военные операции видит лишь со стороны танковых войск.
Кто говорит правду о Беке — Гудериан или Манштейн? Давайте взглянем на факты. Например, в 1933 году армейское ведомство в Министерстве обороны под руководством генерала Бека выпустило новый устав армии «Управление армий» (Heeres-Dienstvorschrift) HDV 300. В октябре 1934-го его дополнили частью о применении самолётов, танков и химических боевых средств. Это дополнение показывает, что в Генеральном штабе при Беке думали о танковых войсках и отразили это в уставе. Гудериан же утверждал обратное. Введение нового устава, по мнению историка Дирка Отинга, показало направление мышления. Полки боевых машин, вместе с другими моторизованными частями, должны были быть соединены в танковые дивизии. Но не только:
Танковые соединения должны уметь действовать самостоятельно, без оглядки на тылы.
Для той эпохи — очень продвинутые мысли. Эти идеи были применены на практике в вермахте в так называемых кампаниях блицкрига.
В октябре 1934-го на бумаге появилась структура опытной танковой дивизии с двумя танковыми полками. Тогда же генерал Бек приказал сформировать две танковые дивизии. В январе 1935-го начальник Гудериана, генерал Лутц, предложил до октября 1935 года сформировать три танковые дивизии с двумя танковыми полками в каждой. Никакого сопротивления не было — напротив, высшее командование армии следовало этому предложению и уже 15 октября 1935 года появились первые три танковые дивизии вермахта.
30 декабря 1935 года, несколько недель спустя, генерал Бек опубликовал статью, определившую новое направление развития вооружения. Он требовал ускорить оснащение армии танками. 9 января 1936 года в докладе армейскому управлению и управлению вооружений он написал, что хотел бы сформировать танковые дивизии с тремя полками вместо двух. Там же он требовал оснащения всех типов танков бронебойными орудиями, в основном это пушки калибра 3,7 сантиметра, что в то время было нормой для борьбы с танками.
«Враждебный танкам» Бек писал, что «танк должен уметь противостоять в бою вражеским танкам».
Армейское управление рейхсвера под начальством генерал-майора Фридриха Фромма ответило на предложение Бека примерно две недели спустя: главная задача танков — поддержка пехоты и уничтожение живой силы противника, бой танка против танков слишком невероятен. «Танковые единицы, — писал далее Фромм, — должны быть подчинены пехотной дивизии».
Если верить мемуарам Гудериана, Бек должен был радоваться, ведь он хотел применять танки как поддержку пехоты. Но здесь мы встречаемся с противоречием, ведь Бек в своём ответе армейскому управлению от 30 января 1936 года подчёркивал, что главная задача танковых частей — подавление танковых соединений врага. Также он требовал организовать самостоятельные танковые дивизии для разрешения оперативных задач, а не подчинять их пехоте. Он предложил сформировать не менее 48 танковых отделений размером по три танковых полка на дивизию. 12 дней спустя генерал Вернер фон Фрич выбрал предложенный Беком концепт. 11 февраля 1936 года был проложен путь для формирования танковых войск.
Хайнц Гудериан, мнимый создатель танковых войск, лишь за год до этого, в 1935-м, вступил в дебаты вокруг организации танковых войск. Как писал Маркус Пёльман, он повторял лишь те идеи, что уже были разработаны. И только в 1937 году, после публикации книги Achtung Panzer! («Внимание, танки!»), Гудериан стал влиятельным человеком в вопросах организации танковых войск. Благодаря этому изданию он попал в высшие круги теоретиков и только тогда стал ведущим экспертом по теме.
Под конец остаётся вопрос: является ли Гудериан создателем немецких танковых войск? Он очень поздно вступил в «танковые дебаты» и в ту пору всего лишь поддерживал давно известные популярные позиции. Пёльман писал:
До 1935-го Гудериан лишь координировал публикации, что соответствовало его позиции как начальника штаба инспекции механизации. Таким образом, в эти годы он показал себя лишь как медийный менеджер, но не одинокий боец, коим он себя представляет в своей книге.
Как можно тогда назвать Гудериана? Он не был создателем или отцом немецких танковых войск, самое большее — поздним воспитателем ребёнка. Но этого ребёнка он не зачал и даже не крестил!
Несомненно, Хайнц Гудериан хорошо воевал. Всё, что было разработано в теории, именно он реализовал на практике. Возразить тут нельзя. Но он ведь утверждал, что создал именно теорию.