– А шо Агнешка? Ну, шо?! – сказал господин Четвертак, которого привёл городовой.
Хореограф сел в одно из кресел партера поближе к дознавателю.
– Да, запаздывает на репетиции маленько. Шо есть, то есть. Но дивчина из хорошей семьи. Из шляхтичей бывших, но из хорошей семьи, брехать не буду. Наша, балетная.
– Может, слышали чего про Вашу балетную? В каких отношениях она была с убитыми? В каких? – спросил господин Громыкин, отодвигаясь от хореографа.
Господин Четвертак перестарался с парфюмерными средствами. Впрочем, как всегда.
– Ну, с Людочкой они, предположим, дружили. А как иначе? А с Элечкой нет. Я даже слыхал, как Агнешка пугала Элечку, – сказал господин Четвертак и округлил соловые глаза.
– Это как же она её пугала?
Хореограф встал, вышел в проход между креслами и упёрся руками в бока, изображая Агнешку.
– Ты слишком-то не задавайся, Мышь Серая, – сказал он, искажая голос, и совсем по-женски откинул назад светлые волосы до плеч.
Господин Четвертак перепрыгнул и стал лицом к воображаемой балерине Лещинской.
– Это ты должна меня бояться, а не я тебя, – зашипел он. – А то ведь я могу и заговорить. И бумага подходящая у меня имеется.
– Что за бумага? Что госпожа Черникина имела в виду? – спросил господин Громыкин и даже подошёл к господину Четвертаку, не смотря на удушающе сладкий аромат, исходящий от хореографа. И эти его ужимки. Фу!
– Ну, откуда я можу знати, пан главный сыщик?! Вы же не думаете, шо Леонтий Четвертак будет пытать дивчин по вопросу, который к нему лично не относится. Или думаете?
Господин Громыкин поджал губы, крякнул, махнул рукой и отошёл от него.
– Иван Филаретович, нам нужны все. Уборщики, реквизиторы, осветители, кто там ещё у Вас есть? – сказал дознаватель, оборачиваясь опять к хореографу. – Все нужны. Да-с.
– Всех спрашиваем про балерину Лещинскую? – уточнил делопроизводитель.
– Про неё родимую, про неё, – ответил господин Громыкин и потёр руки в предвкушении.
Вереница балерин, технических служителей, людей из обслуги потянулась к партеру. Что видели? Что слышали? Молчаливых в театральной среде оказалось мало. На сыщиков вылился полный ушат слухов, сплетен, домыслов, кляуз и обид, пока к креслам не подошёл неказистый бутафор с сальными волосами и с фуражкой, зажатой в руке.
– Видал Агнешку. Да.
– Где? Когда? При каких обстоятельствах? – засыпал его вопросами господин Самолётов.
– Так из окна видал, – сказал бутафор, переминаясь с ноги на ногу.
– Из какого окна? Когда? Ты, брат, толком говори. Что я из тебя всё клещами вытаскиваю, – сказал делопроизводитель и дёрнул головой так, что идеальный пробор растрепался.
– Так из того окна. Из холла, – ответил бутафор, указывая рукой с зажатой фуражкой в неопределённом направлении. – Она на улице стояла и мальчишке записку отдавала. Мальчишка убёг опосля.
– Ага. Посыльный значит. К кому и зачем она его отправляла, ты, само собой, не знаешь, – спросил-сказал господин Самолётов. – А когда это было? В какой день?
– Это в тот день было, когда их кончили, совсем кончили, – уточнил бутафор.
– Ты иди, любезный. Иди, – сказал господин Самолётов. – Но далёко не отходи, ладно? Мальчишку в лицо узнаешь?
– Нормально мордаху запомнил, господин сыщик. Могу узнать, да, – ответил бутафор.
– Ну и чудесно, – сказал делопроизводитель и махнул рукой.
Полный текст книги "Анхен и Мари. Прима-балерина" читайте по ссылке:
https://www.litres.ru/stanislava-ber/anhen-i-mari-prima-balerina/?lfrom=380415467
__________________________
Ставьте лайк и подписывайтесь на канал!
Читайте мои книги на сайте ЛитРес:
Клептоманка, Самка богомола, Дина. Сметающая всё на своём пути, Исторический детектив АНХЕН и МАРИ