Казалось бы, очевидно, что если мы обращаемся к Богу, то обращаемся к Нему в поклонении: Бог заботится о нас – Он любящий Отец, и как мы, сыновья, можем не любить Его, не уважать? Поклонение – очень сложное понятие. Что же это такое, и как православным христианам понимать это слово?
– Очень много слов в Евангелии, связанных с поклонением. Господь говорил самарянке: придут времена, поклоняться будут Богу в духе и истине. Очень часто церковные слова, термины понимают превратно – даже самая простейшая молитва «Господи, помилуй!» понимается людьми так, что якобы человек просит не казнить его: «Помилуй» – это «не казни», некая амнистия.
Это очень узкое понимание. Слово «милость» – не только помилование преступника, нарушителя закона или каких-то предписаний: это еще и дарование благ, щедрот, талантов. Если я ищу прощения грехов, проще сказать: «Господи, прости меня» – и понятно, и просто. А говоря «Господи, помилуй!», я прошу именно милости – духовных даров, которые наполняют душу благами, что посылает нам Святой Дух.
Мы молимся: «Царю Небесный, прииди и вселися в ны». Мы полностью не можем описать, что дает нам вселение Святого Духа, но мы можем представить, что приходит вместе с благодатью Духа Святого в сердце, ум, душу человека: я представляю, что это – мир, тишина, покой, радость…
Когда мы говорим о поклонении, у нас тоже это понятие может сужаться, урезаться – редактироваться и редуцироваться лишь до раболепного преклонения перед величайшей силой.
Да, Бог – наш Отец Небесный: сравнение с отцом или с матерью земными очень понятно и просто иллюстрирует эту тему – мы преклоняемся перед отцом и матерью, хотя уже взрослые и пожилые, седые и сами имеем детей и даже внуков. Если наши родители живы, мы перед ними преклоняемся.
Мы преклоняемся перед ветеранами, перед заслуженными людьми, перед их талантом, служением, жертвенностью, которую они принесли на алтарь Победы или вложили в наше воспитание (если мы говорим о наших родителях и дедах, прадедах). Преклоняемся даже перед усопшими. Преклоняемся перед подвигом, перед каким-то служением или жертвой.
В Боге есть забота, достоинство Отца: поклонение этому не ущемляет наше достоинство – наоборот, это нас возвышает. Господь принес Жертву за наше спасение. Поклонение Богу – это поклонение величайшей Жертве, которой мы спасены.
Нужно ли Богу наше поклонение? Если мы обратимся к православной и церковной догматике, то увидим, что Бог самодостаточен: Он ни в чем не нуждается.
Наши родители остро нуждаются в нашем почитании, послушании, любви. В этом нуждаются наши близкие: все люди нуждаются в любви близкого, родственника, который живет с ними под одной крышей. Особенно нуждаются в этом люди пожилые – для них непонятно, почему их заслуги, труды, бессонные ночи над нашей колыбелью не находят в нашем сердце отклика или почитания. Мы сами, будучи родителями, нуждаемся в послушании и почитании наших детей.
Господь в этом остро не нуждается – у Него нет этой потребности. Он не скорбит, не расстраивается, не испытывает ущемления, недостатка, как испытывает это человек, которого обидели непочтением. При этом мы помним Его слова: милости хочу, а не жертвы – Господь ждет от нас милости.
Есть догматическое утверждение, что Бог ни в чем не нуждается, но сотворил нас и мир в первую очередь чтобы излить на нас Свою любовь. Мы балансируем на грани: с одной стороны, мы не можем сказать, что Бог нуждается в нашем поклонении, но, с другой стороны, видим, что Бог желал сотворить личности, которые испытывали бы Его любовь, на которых Он изливал бы Свои дары – на человека, в целом на человечество. Здесь важно не терять баланс, не уклоняться в одну или другую сторону.
Язычники утверждали, что их боги нуждаются в жертвах. Бог не нуждается в таком поклонении: Он не страдает, Его Божественная жизнь не терпит урона, но Господь желает нашего спасения.
Он в какой-то мере испытывает страдание, крестные страдания за нас, если мы живем греховно. Все проповедники в страстные дни или в конце Великого поста говорят, что мы снова распинаем Бога, будучи искупленными Его Жертвой, совершая и повторяя смертные грехи, продолжая жизнь во грехе и страстях, низводящих нас до уровня животного или даже ниже.
Говоря о поклонении, особенно церковном, в Священном Писании мы можем видеть разные утверждения. С одной стороны, через пророков Господь говорил гневные слова израильскому народу: «К чему Мне множество жертв ваших? говорит Господь. Я пресыщен всесожжениями овнов и туком откормленного скота, и крови тельцов и агнцев и козлов не хочу. Когда вы приходите являться пред лице Мое, кто требует от вас, чтобы вы топтали дворы Мои? Не носите больше даров тщетных: курение отвратительно для Меня; новомесячий и суббот, праздничных собраний не могу терпеть: беззаконие – и празднование! Новомесячия ваши и праздники ваши ненавидит душа Моя: они бремя для Меня; Мне тяжело нести их». С другой стороны, по слову пророка и царя Давида, Он говорит: жертва Богу дух сокрушен. Господу приятно наше поклонение в духе и истине – в нашем сокрушенном покаянном духе: Господь радуется именно такому поклонению перед Ним.
Мы не можем сказать, что Бог без внимания относится к нашему поклонению или нашей молитве. При этом, конечно, мы должны понимать, что поклонение Богу требуется в первую очередь нам самим.
Мы можем перенести понимание поклонения, преклонения и почитания в светский регистр – как мы сейчас говорили про родителей, про наших предков, пожилых людей, ветеранов: они чувствуют, что достойны поклонения, почитания – это чувство вполне законно.
Теперь перенесем это понимание несколько в другой контекст, когда это поклонение перед отцом, матерью, дедушкой или ветераном необходимо нам самим, почитателям подвига, жертвы или служения родителей.
Это мне необходимо. Если я потерял возможность или умение преклоняться перед какой-то величайшей жертвой, особенно жертвой нашего народа в Великой Отечественной войне, например, то я сам ущербен. Если человек не почитает своих родителей, он сам в первую очередь ущербен. Он деградирует, он что-то очень важное потерял в своем личностном развитии. Если человек не чувствует необходимости поклонения перед величайшей святыней, то в нем есть некая ущербность, деградация и деструктивность.
Плодотворная жизнь зиждется на поклонении чему-то высокому, какому-то смыслу. Христос – Логос, смысл. Когда для отдельного человека утеряно умение поклоняться высшему, надмирному смыслу, для него все теряет смысл.
Отвлечемся от религиозного контекста: у любого человека должен быть какой-то пантеон почитаемого. Иногда, к сожалению, это оборачивается идолопоклонством: человек поклоняется идолам (это необязательно поклонение чему-то приземленному – материальному богатству, красивым вещам, телесным удовольствиям, хотя и это тоже случается) – творчеству, искусству, таланту отдельно взятого художника, композитора, артиста.
Это очень урезанное поклонение высочайшему – мы забываем, Кто Податель этих талантов художнику, композитору, артисту, архитектору, писателю.
Культура всегда начиналась с религиозного культа: конечно же, истинная культура всегда прославляет Бога, и когда мы отрываем культуру от Подателя талантов, она рано или поздно оборачивается антикультурой и становится языческим идолопоклонством, а не прорывом и устремленностью нашего сознания, души, ума к надмирному, вечному.
Говоря о поклонении Богу в духе и истине, мы понимаем, что это поклонение вносит в нашу жизнь смысл надмирный, непреходящий, утвержденный не в нашей земной реальности, а в реальности Божественной.
Многие ученые, мыслители (да и каждый из нас) задумывались о смысле жизни. Конечно, проще всего (к сожалению, это сейчас очень часто случается) людям заменить общение с Богом, сочетание души с Ним какими-то преходящими смыслами: что-то приобрести, купить, съесть-выпить – и почувствовать телесное удовольствие. Проходит это впечатление, и человек снова видит свою жизнь бессмысленной.
Можно ли научиться поклонению в духе? И этот вопрос приведет к другому: можно ли научиться вере?
− Мы ведь здесь речь ведем не о психосоматической практике, не о телесном режиме, который может раскрыть вложенную в нас любовь.
В нас есть образ Божий – зеркало, по слову святых. Но его надо верно направить на солнечный луч, тогда его отражение упадет на нашего ближнего или мир.
Важно не пытаться из себя что-то выудить, выдавить. Из себя мы можем только выдавить раба греха (по слову нашего классика). Надо выдавливать из себя раба какого? Раба греха. Зеркало своей души разворачивать к Богу, и Господь отразится в нас.
Вопрос телезрителя: «Христос собрал праведников и грешников и сказал праведникам: приидите, благословенные Отца Моего, наследуйте Царство, уготованное вам от создания мира: ибо алкал Я, и вы дали Мне есть; жаждал, и вы напоили Меня; был странником, и вы приняли Меня; был наг, и вы одели Меня; был болен, и вы посетили Меня; в темнице был, и вы пришли ко Мне. Тогда праведники скажут Ему в ответ: Господи! когда мы видели Тебя алчущим, и накормили? или жаждущим, и напоили? когда мы видели Тебя странником, и приняли? или нагим, и одели? когда мы видели Тебя больным, или в темнице, и пришли к Тебе? И Царь скажет им в ответ: истинно говорю вам: так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне Как эти слова Христа сочетаются с внутренним великолепием убранства храма?»
– С одной стороны, это не должно быть в ущерб делам милосердия. Другое дело, что не каждый мирянин знает, как приход и духовенство помогают своим пасомым. Зачастую священник делает все это не напоказ: не может, как и любой христианин, делать напоказ – если делаешь напоказ, вряд ли окажешься в числе праведников: праведники нелицемерно, искренне говорят: «Мы не знаем, когда это делали», а тут человек знает: «Я сделал» – и, как власть имущий, переступает порог Царства Небесного: «Где тут место, которое я заработал за то, что делал добрые дела?»
Мы помним, что храм олицетворяет собой рай: храм – Небо на земле. Церковное убранство должно передавать торжественность богослужения, момента Литургии, на которой Небо сходит на землю. Благолепие не только внешнее – это и благолепие пения, и все созидается материальными средствами: если в храме будут голые стены, не будет церковного пения, будет ли это православный храм?
Зададимся вопросом: насколько для нас важна традиция? Если в храме не будет икон, не будет ли это нарушением догматического богословия и канонов, сохраненных для нас жертвой многих мучеников? Икона в храме очень многое значит, она пишется иконописцем на вполне материальной доске, которая тоже готовится, и это оплачивается: много вещей оплачивается, чтобы храм был воистину православным. При этом православные храмы занимаются социальной работой и благотворительностью.
Мы вспоминаем, как Господь наводил порядок в храме: гневно выгонял торгующих. Вспоминая этот эпизод, надо полностью его разобрать, чтобы не было недоумений. В Иерусалимском храме, для удобства прихожан, появились «обменные пункты» валюты – приходя из разных мест Римской империи, люди приносили свою валюту, а в церковную кружку можно было бросить только лишь иудейские деньги. Для удобства паломников территория храма была предоставлена для таких вещей – конечно, мы не можем сегодня сопоставить убранство храма с этой ситуацией. Еще для удобства прихожан в храме продавали скот, который приносили в жертву (это могли быть быки, агнцы, голуби) – паломнику, чтобы не идти на базар или птичий рынок, можно было купить все в храме: это было ошибкой, но она возникла из желания сделать жизнь прихожан удобной.
В первую очередь прихожанам казалось неправильным, что Господь изгонял обменивающих валюту торжников или торговцев скотом. Но мы понимаем, что это совсем разные вещи. Если мы сегодня видим, что в храме свечи отпускаются за какую-то цену, то должны понимать, что свеча не упала с неба – она приготовлена из материального сырья. При этом сам храм реставрируется, обновляется, убирается (особенно к празднику), свет, теплые батареи – все это тоже требует оплаты. Об этом, к сожалению, мы почему-то забываем.
Я знаю храмы, которые целиком и полностью содержатся на средства прихожан – есть люди, способные заплатить за электричество и так далее. Поразительно, но ведь это делание – тоже поклонение: служба, которую человек делает ради Бога (наше церковное выражение: мы трудимся ради Бога).
– Давайте вспомним другой Евангельский эпизод, когда грешница в покаянии омыла ноги Христа, отерла своими волосами и драгоценное миро возлила на Его главу. Мы знаем, что тратой дорогого мира возмущался Иуда – он как бы выступил защитником нищих.
Есть Евангельское пояснение: он носил ящик для пожертвований. Ни о каких нищих он, разумеется, не переживал, не думал, а думал, как бы эти деньги поделить – или даже не делить, а попросту присвоить. А Господь дорогого вещества не отверг, не сказал: «Отойди от Меня. Ну-ка, сколько это стоит? Давай продадим».
Евангелие надо читать целиком и полностью. Подход сектантский, еретический – выдергивание, отгораживание цитаты из всего Евангельского содержания. Что такое сектантство? Некий сектор – вырезание какого-то понятия из церковной традиции. Отрыв от церковности, от традиции и контекста Евангельского, церковного, святоотеческого Предания ведет к тому, что происходит урезание и тление смыслов (мы в акафисте просим у святых и Господа посрамления «лукавого тлителя смыслов суетного века сего»). Дьявол – «тлитель смыслов»: он нарушает смыслы через редуцирование Евангельских слов, церковных понятий, доведение их до примитивного, узкого прочтения. Это тоже, к сожалению, случается.
Поклонение Богу должно быть сбалансированным: в виде молитвы, заботы о храме, где совершается Божественная литургия, его благолепии, заботы о своем ближнем. Никто не говорит, что должно быть что-то одно: только молись и больше ничего не делай. Мы можем среди наших современников, особенно нецерковных, услышать такое утверждение: «В Евангелии же сказано: не молитесь на глазах у людей – зачем вы на глазах друг у друга молитесь?» (я такое тоже слышал).
Но, с другой стороны, в Евангелии много и других слов, что Церковь основана Христом и только в ней спасение. Но Церковь без собрания быть не может, и это собрание происходит в доме Божием – храме. Если мы обратимся к Древней Церкви, то даже до конца гонений у христиан древних времен были места, где они собирались – это было даже до Миланского эдикта, прекращения гонений. Поэтому, с одной стороны, мы помним слова святых, что Литургия – небо на земле. Но она созидается не только тем, что священник может где-то в поле или в лесу служить (хотя и такое случалось, но во времена гонений). В идеале совершение Литургии – это храм, освященный престол, антиминс, который лежит на престоле и освящен Правящим архиереем.
Это тоже нельзя терять из виду – святыня должна храниться в подобающем месте. Мы знаем, что многие люди не могут прийти в храм, их надо причастить на дому – запасные Дары должны храниться в месте, подобающем значимости этой святыни.
Для православного христианина здесь все объективно понятно. Для человека внешнего, который, может быть, не знает, что такое Тело и Кровь Христовы, не в полной мере понятно, почему необходим храм.
Приходя в храм, мы молимся в окружении святых, на нас взирающих с икон. Важно помнить и понимать, что икона – это богословие в красках, это утверждено Вселенскими Соборами. Иконопочитание – неотъемлемая часть нашего вероучения.
Поклонение Богу в духе и истине, таким образом, проявляется и в личной молитве, когда мы просим у Бога любви, благодарности, смирения, Царствия Небесного нашей душе уже сейчас, живя на земле: чтобы мы ощущали Царствие Божие через мир, тишину, покой, радость о Христе Иисусе, – а это достигается любовью, благодарностью и смирением. Мы просим у Бога: «Приди и вселись в нас и очисти нас от всякой скверны», – чтобы Он пришел и властно от всего противного Ему нас очистил – это поклонение в духе и истине. Конечно же, это связано с заботой о храме и нашем ближнем. Все это должно быть сбалансировано: одно без другого быть не может.
Глядя на ваш храм, я вспоминаю его историю. Во время войны ближайшие деревянные дома разобрали на дрова, а храм не только не пострадал, но люди приходили к нему и молились даже возле него. В особенности когда случается беда в жизни, в стране, – человеку поклонение особенно нужно: оно помогает вере.
– Мы сегодня попытались глубоко разобрать смысл нашего поклонения Богу, говорили о храме. Действительно, это особенное место в нашей реальности, когда мы живем в суете, в окружении травмирующих душу событий: нас травмирует не только суета, обыденность, но и отсутствие подлинной культуры.
Приходя в храм, мы входим в иную реальность. Переступая порог храма, переступаем порог рая. Семисвечник в алтаре изображает собой райское Древо жизни, из алтаря износятся плоды Древа жизни – Животворящая Кровь и Животворящее Тело Христа.
Человек, даже не совсем воцерковленный, приходя в храм, отрешается от всего, что окружает его в быту, или на работе, или там, где ему приходится бывать. Даже святые древности (например Иоанн Златоуст) говорили о важности храма, – не только собрания, но именно храма, ведь и тогда в городе было много искушений. Выходя из дома, говорил Златоуст, иди скорее не на стадион, не на гладиаторские бои, а беги в храм, где слово Божие и Святая Жертва. Так призывал святой Златоуст – направлять свои стопы в то место, где человек получит поддержку: молитвенную, духовную и даже – очень часто – материальную.
Спасибо за такую замечательную беседу. Мне кажется, что с каждым возникающим вопросом нужно прийти к священнику, задать его и получить ответ, который захочется понять.
– Да, вопросы возникают, на них надо отвечать. Главное, мы должны быть честны, подходить к вопросам без предубеждения, а предубеждения, к сожалению, часто мешают вникнуть в тему и для себя ее по-настоящему выяснить.