Радикальный феминизм борется против женского угнетения. Для того, чтобы делать это, необходимо, во-первых, определить, что такое угнетение, во-вторых, выявить своих угнетателей, в-третьих, определить формы и методы угнетения, а в-четвёртых, определить стратегии борьбы. Язык и определения, существующие в языке – костяк радикального феминизма. Именно благодаря языку мы имеем возможность конструировать границы идеологии.
Так появилось понятие «гендер». Оно означает совокупность социальных представлений о женском и мужском, активно насаждается сверху и постоянно насильственно воспроизводится. Иными словами, как заметила феминистка Светлана Куприн, женский гендер – это принуждение к женственности (1). Женский гендер – это клеймо рабыни, и это клеймо невозможно с себя снять «самоощущениями». Феминистки ввели понятие гендера для того, чтобы иметь возможность охарактеризовать механизмы, способы и формы эксплуатации женщин.
Но после третьей волны феминизма понятие гендера было возведено в разряд иррационального. Мужчины хотят, чтобы гендер равнялся некому «самоощущению», «самоидентификации». Понятие гендера было извращено. У феминисток намеренно хотят отнять язык, основной инструмент борьбы с угнетением женщин. Куприн проводит такую аналогию: самоидентификация – это нечто иррациональное, непроверяемое, не объективное. Это как если бы физикессы взяли понятие «сила» и переопределили его в метафизическую ерунду, например, «благодать», и назвали бы это «улучшенной физикой» (1).
Если «гендер» это самоидентификация, то становится совершенно неясно, что такое гендерное насилие. Что, насилие, осуществляемое по признаку самоидентификации (1)? Если мужчина говорит, что чувствует себя женщиной, то разве станет ли он подвергаться такому специфическому насилию, которому подвергаются женщины? Конечно, нет.
Третья волна феминизма прогнулась под неопатриархат, взяла понятие гендера как ключевое понятие радикально-феминистской идеологии, вывернула его наизнанку, извратила и превратила феминистскую идеологию в ерунду, в насмешку над женщинами, не просто в позёрство, а в целый цирк.
Человек может считать себя агендером, пангендером да хоть котогендером (и такое тоже есть), но это значит ровным счётом - ничего. Гендер – не субъективен, это реальность, которая воспроизводится обществом. В патриархате человек может иметь либо женский гендер, либо мужской, быть либо хозяином, либо рабыней, быть либо снизу – женщиной, либо сверху – мужчиной, гендер – это жесткая иерархия, гендер – это насилие. Ошибочно думать, что для того, чтобы стать агендером, нужно почувствовать себя агендером. Для того, чтобы агендером стать, нужно изменить общественные представления, необходимо, чтобы категория агендера существовала в объективной реальности, в общественном сознании. Но её нет.
Самоидентификация действительно может существовать в рамках субъективных представлений человека о самой (самом) себе. Мы можем «чувствовать себя» хоть тротуарными плитами. Но какое отношение это имеет к реальности? Мужчина может окружить себя специфическими атрибутами женственности, надеть розовое платье и рюкзак в форме игрушки, но назвать себя женщиной он не может, потому что это будет объективной ложью. Так, трансгендеризм только способствует укоренению гендерных стереотипов в обществе. Складывается ложное представление о том, что атрибуты женственности или мужественности и есть основа гендера. Но нет, гендер – это элемент эксплуатации женщин, насилия над нами. Дискриминация строится посредством гендера, женщин буквально вынуждают под кнутом быть женственными. И гендер – это не о чертах личности, не об особенностях мужчин и женщин.
Третья волна феминизма давно превратилась в фарс. У нас отнимают язык, извращают понятия, посредством которых мы конструируем формы и способы эксплуатации женщин. Возвращаясь к первому абзацу статьи: без определения эксплуатации женщин посредством гендера мы не можем двигаться дальше потому, что понятие гендер стало определять иррациональное, нечто, не имеющее отношения к объективной реальности.
Нам жизненно необходимо отделять трансгендерность от феминизма, потому что это прямые противоположности. Если мы не сделаем это сейчас, то феминизм как идеология и движение по защите прав женщин - умрёт.
Ссылки:
1. Womenation quotes. Светлана Куприн. https://vk.com/wall-78564229_24967