Найти в Дзене
Елена Фирсова

Брошеные щенки

Мой Волк. Мистическая повесть начало/2 - Мама! Мама! – еле слышно шептала маленькая девочка, лежа в своей кроватке. Из кромешной темноты на нее двигался Волк. Животное ступало медленно, устало переставляя свои лапы, с которых лохмотьями свисала шерсть. Наташа в ужасе глядела на него, время превратилось в вечность, мысли ее застыли, тело оцепенело. Волк, молча подошел к детской кроватке, встал, как человек, и взял девочку в свои передние лапы. Кроха пыталась кричать и звать на помощь, но не могла произнести в таком состоянии ни звука. Зверь развернулся и понес свою добычу в сторону книжного шкафа, собираясь пройти между ним и стеною, но малышка каким-то неимоверным усилием воли смогла вывернуться из его объятий. Лена проснулась от грохота среди ночи, прислушалась. В квартире стояла гробовая тишина. Ночной блеск фонарей маленькой узкой полоской пробивался между штор, она нехотя встала и пошла в комнату дочери. Наташа лежала на полу около своей кроватки. Мать бережно подняла ее на руки и

Мой Волк. Мистическая повесть начало/2

- Мама! Мама! – еле слышно шептала маленькая девочка, лежа в своей кроватке.

Из кромешной темноты на нее двигался Волк. Животное ступало медленно, устало переставляя свои лапы, с которых лохмотьями свисала шерсть.

Наташа в ужасе глядела на него, время превратилось в вечность, мысли ее застыли, тело оцепенело.

Волк, молча подошел к детской кроватке, встал, как человек, и взял девочку в свои передние лапы. Кроха пыталась кричать и звать на помощь, но не могла произнести в таком состоянии ни звука. Зверь развернулся и понес свою добычу в сторону книжного шкафа, собираясь пройти между ним и стеною, но малышка каким-то неимоверным усилием воли смогла вывернуться из его объятий.

Лена проснулась от грохота среди ночи, прислушалась. В квартире стояла гробовая тишина. Ночной блеск фонарей маленькой узкой полоской пробивался между штор, она нехотя встала и пошла в комнату дочери.

Наташа лежала на полу около своей кроватки. Мать бережно подняла ее на руки и переложила обратно в теплую постельку.

- Спи, моя хорошая, - прошептала она и нежно поцеловала малышку в курносый носик.

С просторов интернета
С просторов интернета

На дворе стояла поздняя осень, когда Наталия возвращался в компании подруг с вечеринки домой. С неба сыпался робкий снежок. Девушки обсуждали парней из клуба и загадывали на звезды о счастье. Наташе шел двадцатый год.

- Ой, в пакете кажется что-то пищит! – остановилась как вкопанная Вера около мусорного бака.

Девочки быстро достали пакет, открыли его и отпрыгнули, Людку чуть не стошнило прямо там на месте. Наташа аккуратно извлекла открывающий рот теплый слепой комочек, остальные пушистики уже бегали по радуге, радуясь освобождению от земных хлопот.

Вечерняя радость девчушек очень быстро сменилась на слезы. Они передавали друг дружке этого маленького кутенка, пытаясь согреть его своим дыханием.

- Это моя девочка, - ласково прижав к себе слепого щенка, тихонько произнесла Наташа.

- Ты думаешь, это девочка? – удивилась пришедшая в себя Люда.

- Думаю, что да, - уверенно ответила девушка, пытаясь спрятать комочек счастья под свое пальто.

После этого случая Наташа начала участвовать в движениях по спасению животных. Какая-то неведомая сила гнала ее среди ночи садиться за руль и носится в поисках обездоленных собак, чтобы защитить их от предательства человека.

В течение полугода к Белке присоединился Мухтар, а затем она приняла решение оставить себе и Найду, взятую у волонтеров на передержку. Собаками девушка не ограничилась, и вот уже муж везет ее в другой город, чтобы забрать из приюта черного, как смоль кота.

- Доча, что происходит, - недоумевала ее мама, - ты пытаешься спасти всех брошеных собак?

Наташа и сама не знала ответа на этот вопрос. Милые щенки росли, требовали к себе все большего и большего внимания, и она понимала, что перестает справляться с ними. Недавние пушистые слепые комочки вымахали во взрослых псов, с которыми нужно было гулять по два раза в день, которых нужно было кормить и которые были абсолютно неуправляемы.

Они раздражали ее порою, а больше всего раздражала вот эта ответственность:

- Мы в ответе за тех, кого приручили.

Что-то внутри постоянно разрывало и спорило с нею:

- Вот я спасла их, мне должно быть легче.

Но становилось наоборот, все тяжелее и тяжелее.

Девушка проваливалась в пустоту, хотелось убежать из этого мира в тот другой, где она была когда-то очень счастлива.

Продолжение