В атмосфере противостояния

Говорить о том, что голосование на участке прошло без нарушений — это просто смешно. Выдали избирателю бюллетень без печати, избиратель опустил бюллетень в урну соседнего УИК — бюллетень выкинули. При голосовании по месту нахождения зря выдали бюллетень по одномандатному округу или наоборот зря не выдали — обычное дело. Записать избирателя в соседнюю строчку — запросто. Про номера паспортов и говорить нечего. Списки избирателей — полное фуфло, у нас десятки человек попали в дополнительный список, и со многими такая неприятность уже не первый год.

По закону неиспользованные бюллетени нужно пересчитывать поштучно. 4 раза по 1000+ штук. Очевидно, что это физически невозможно. Вероятность ошибки при перещёте настолько высока, что достоверный ответ можно получить только сорвав сам подсчёт голосов. Хорошая новость в том, что мы знаем, сколько бюллетеней было всего, а секретарь точно знает (в теории), сколько было выдано членам УИК и сколько они вернули. Все бюллетени должны хранится в сейфе, но в наш сейф 8 тысяч бюллетеней не влезало физически. И не то чтобы нам хватало места, чтобы нормально работать с бюллетенями. 3 дня голосования, надомное голосование, кто-то бюллетень испортил — запросто можно ошибиться с числом выданных и, соответственно, с числом неиспользованных.

После отрезания уголков у неиспользованных бюллетеней члены УИК садятся за свои книги и по каждой странице подсчитывают, сколько бюллетеней они выдали. Потом секретарь эти книги собирает, сшивает и начинает суммировать. В этом сезоне ТИК просто не дал листы для суммирования по каждой книге в отдельности. Итого, по думским выбором председатель и секретарь получают около 150 станиц с каракулями, по ЗакСу немного меньше. Председатель на личном ноутбуке вбила в Excel данные по страницам и очень долго их сводила, я не засекал, но точно больше полутора часов.

Теоретически, если членам УИК дать по одной книге, если чётко контролировать, кто сколько бюллетеней выдал, то можно получить достоверные данные по каждой книге, просуммировать данные по книгам и убедиться, что всё сходится. Но на нашем УИК в пятницу с утра пошёл избиратель, а членов УИК не хватало и на каждого приходилось по 2 книги.

Следующий этап — это подсчёт голосов, сначала сортировка с показыванием бюллетеней, потом подсчёт пачек по одной перекладыванием. И так 4 раза. Нужно признать, что когда время уже далеко за полночь, то нормальные люди не будут считать пачки по одной, они будут считать параллельно. Но на соблюдении этой нормы закона мы настояли, потому что иначе было бы вообще непонятно, что мы там насчитали. Хочу сказать огромное спасибо Анне Софии Флеровой и Юрию Пилипенко, если бы не их усилия, мы бы закончили на час-два позже. Конечно, для подсчёта бюллетеней в таких объёмах должны применяться КОИБ. А так я таскал парты обратно в класс уже по заполненной детьми школе и это типичная в Петербурге ситуация.

Но самая жесть — это работа председателя и секретаря, они освободились в ТИК в 15 часов. Секретарь нашей комиссии живёт в Колпино. Я на собственной шкуре ощутил работу в УИК и мне совсем не понравилось, а сколько им досталось — это вообще за гранью добра и зла.

Теперь о нашей УИК в целом. Всего у нас 12 членов, которых можно разбить на 4 группы по 3 человека: руководство, активисты за честные выборы, нормальные люди и отсутствующие. Очевидно, что просто нет в городе людей, которые хотели бы работать на выборах, тем более творить на них всякую дичь. Нормальные люди в нашей комиссии были один другого симпатичней, в их адрес я могу сказать исключительно слова благодарности.

А вот с руководством комиссии как отношения были напряжёнными, так и остались. Лошадиные дозы совместной трудотерапии не помогли. При этом депутат в ЗакСе из нашего МО Академическое, Анатолий «Расчёска» Дроздов вообще не участвовал в выборах, то есть результаты голосования для нашей местной администрации в общем-то до фонаря. И зачем было присылать Пруссакова на выборы секретаря? Я бы понял, если бы сотрудницы администрации просто вышли из комиссии, а дальше уже я бы пошел по соседям в поисках недостающих членов.

Что касается итогов голосования, то можно сказать, что победу Амосова над Васильевым мы отстояли. Драпеко не отдала свой депутатский мандат Раховой, но это из серии про жабу и гадюку. Было бы нелепо предположить, что мы из-за Амосова так сражались. Конечно, целью являются честные выборы. Можно сказать, что мы достигли какого-то локально успеха, но это меркнет по сравнению с многочисленными преступлениями в других районах Петербурга, электронным голосованием в Москве и традиционным рисованием в электоральных султанатах.

К сожалению, всё это не внушает оптимизма, но, определённо, пойти работать в УИК — это то, что мы можем сделать для своей страны.