Трижды повторил попытки, но безуспешно!

Тесты проводили в присутствии группы экспертов в два этапа — на

первом каждый кандидат в уникумы демонстрировал свою аномальную

способность, на втором проходил эксперименты, подтверждающие ее

физическую сущность. После вводного инструктажа старшего эксперта,

повторившего уже известный всем участникам порядок, первым приступил

к упражнениям Васильев, штатный сотрудник института, показал свои

возможности в психо- или телекинезе. Перед ним на столе лежали

предметы различного размера и материала, следовало их переместить или

поднять, что он без особого напряжения выполнил. После повторил,

повернувшись уже спиной к столу, а затем из-за перегородки в дальнем

углу помещения. У себя в институте подобные опыты Васильев совершал,

находясь в другом здании, так что Павел особо не беспокоился за него,

уверенный в том, что тот справится.

Следующей выступила Катя с тестом на альтернативное зрение, вот за

нее уже больше переживал, не столько в ее возможностях, как в выдержке,

справится ли с волнением. Но, к приятному удивлению, девушка прошла

этап с первой попытки и без единой ошибки. Легко угадала нужный

конверт с вложенным листком среди остальных, читала текст с

завязанными глазами, различала предметы и называла их, находясь за

ширмой. Третьим вышел на тест новичок, студент второго курса факультета

психологии Костров — его Павлу порекомендовал один из знакомых

преподавателей университета. Работал с ним всего два месяца, после ряда

проверок обнаружил у него предрасположенность сразу к нескольким

способностям, главное же, внутреннему видению, причем на приличном

уровне, примерно как у самого Павла до злосчастной встречи с Обамой —

будь он неладен!

И надо было случиться, что именно здесь у юноши произошел сбой,

причем на первом же упражнении, не смог различить даже — какой живой

объект в закрытом ящике, а не то что его органы. Трижды повторил

попытки, но безуспешно, после взглянул виновато на своего руководителя

и отошел в сторону, признавая неудачу. Сказать, что Павел расстроился —

слишком мало, ведь именно биоинтроскопия составляла главную ценность

его работ по аномальной психологии (если не считать пси-оружие). Был бы

один, наверное, завыл от злости и обиды, а сейчас лишь махнул рукой горе-

помощнику — мол, выйди вон, — сам отвернулся и случайным взглядом

зацепил тот несчастный ящик. Сразу не понял, какой-то непонятный штрих

подтолкнул его снова взглянуть, приглядеться потерянным было взором,

тогда и увидел во всех деталях жующего что-то кролика, все его органы.