Итак, сегодня у нас товарищ анархист Урядов-Щербаков Авенир Гаврилович. Родом он из д. Никифорица Ярославской губернии. Учился в обычной сельской школе. В 1900 году за подстрекательство к забастовке был выслан из Питера. В 1904 году арестовывался за неявку на призыв по отбыванию воинской повинности. Отправлен в Гатчину.
В 1903 - 1906 гг. служил в Лейб-гвардии Кирасирский Его Величества полку в Гатчине. По приговору полкового суда 21 февраля 1906 года сдан на 3 года в дисбат за неисполнение приказания вахмистра и унтер-офицеров и переведен в Бобруйский дисциплинарный батальон (за отказ от участия в подавлении восстания в Прибалтике в 1905 г.). В том же году срок наказания увеличили на 2 года с содержанием в карцере за оскорбления дневального. Так же применяли наказание розгами. Долго на месте не пробыл - бежал из заключения в ночь под праздник Вознесения из бобруйской гарнизонной гауптвахты в 1907 году, но вскоре был задержан царской жандармерией.
19 июня 1907 года осужден Временно-военным судом в Бобруйске за участие в покушении на жизнь фельдфебеля и за то, что, находясь на гауптвахте вместе с другими заключенными составили и передали в дисциплинарный батальон письмо, в котом подстрекали отомстить доносчикам и шпионам, указывая на лиц, защищавших фельдфебеля. Вследствие этого 8 человек, за исключением самого Урядова-Щербакова, вооружившись ножами, напали на нижних чинов батальона, причем было убито 3 и ранено 4 человека. Осужден по ст. 110 СВП к бессрочной каторге. Наказание отбывал в Орловском централе до 1917 года.
В 1917 году, сидя в 57-й одиночной камере Орловского централа, услышал дикий рев «Ура» (что в те времена часто использовалось как сигнал к погромам). Войну Урядов встретил довольно воодушевленно, раздумывая о том, к чему она приведет. Для иллюстрации приведем фрагмент из его книги, изданной в СССР в 1931 году издательством «Политкаторжан» (своего рода аналог сегодняшнего «Мемориала» (иностранного агента на территории Российской Федерации):
«Сел. Стал думать о войне. К чему она приведет?
Почему-то мне представлялось так: война затянулась и обе враждующие стороны, чтобы возместить её убытки, решили великое поместье Романовых, называемое Российской империей, поделить между собой. Мне почему-то хотелось остаться в той части, которая будет принадлежать Англии. Потом представилась ярка картина войны в таком виде: сначала будто бы колоссальная русская армия входит в Германию, разрушая все на своем пути и везет за собой на скрипучих подводах миллиарды лаптей и розог для немцев. Этот бред сменился другим. Германские войска заняли территорию России, до Орла включительно, и по пути следования из сел, деревень и городов настроили военные поселения аракчеевского типа, и ими командует Орловской тюремный отделенный Куцуруба».
В марте 1917 года был амнистирован и освобожден из мест заключения. Долго на свободе погулять не успел — последовал первый арест в 1920 году органами ЧК за принадлежность к анархистской организации «Набат» в Днепропетровске. Под стражей находился 9 месяцев. Повторного был арестован в 1924 году органами ГПУ за принадлежность к анархистам, но был освобожден без последствий.
В 1920-е, ведя анархистскую деятельность, вступил в общество «Политкаторжан и ссыльно-поселенцев», написал несколько книжек (например «Мировая война и весть о Революции»). Значился как персональный пенсионер Наркомсообеза РСФСР. С 1933 года являлся связников Харьковской организации анархистов, в 1935 году выезжал в г. Одессу для встречи с анархистской Ушарович, в 1936 г. выезжал в г. Москву для встречи с анархистской Ольгой Таратурой.
Теперь давайте взглянем на материалы уголовного дела 1938 года, чтобы наконец взглянуть на факты, добытые органами НКВД, побудившие к аресту и расстрелу нашего анархиста.
5 апреля 1938 года сотрудник 4 отдела УГБ ХОУ НКВД Бромберг постановил избрать мерой пресечения к обвиняемому Урядову-Щербакову Авениру Гавриловичу, работавшего кладовщиков при музее Политкаторжан и проживавшего на ул. Пушкинская №49/а в кв. №21, содержание под стражей в тюрьме г. Харькова. Постановление утвердил Военный прокурор Харьковского военного округа 1-го ранга Блауберг. 9 апреля 1938 года выдается ордер на его арест и обыск в квартире. После ареста содержался в спецкорпусе №1, камера №45.
Что же побудило сотрудников НКВД арестовать товарища анархиста Авенира? Ответ очень прост: показания анархистов: Иванова Ивана Федоровича и Иванова-Новописного Александра Павловича.
Выписка из протокола допроса обв. Иванова И.Ф. от 10-го февраля 1938 г.:
«…При одной из беседе с ЯРОШЕВСКОЙ она мне рассказала что из Москвы вернулся старый анархист Авенир, с которым следовало-бы мне повидаться. Она обещала мне устроить с нами свидание, но АВЕНИР заявил, что надо выждать некоторое время, покуда пойдут выборы в Верховный Совет и атмосфера немного разрядиться, ибо сейчас за каждым человеком следят.»
Спустя небольшое время, после задержания Иванова-Новописного А.П., тот в марте 1938 г. дает показания, в которых упоминает обвиняемого Урядова.
Выписка из протокола допроса обв. Иванова-Новописного А.П. от 15-го марта 1938 г.:
«…После занятия КОЛЧАКОМ части Урала, я с небольшой группой анархистов прибыл в Курск и связался с организацией анархистов «Набат»…
…По согласованию анархистской группы я был переброшен для подпольной работы в Харьков, где в тот период проводил [свою] анархистскую работу УРЯДОВ=ЩЕРБАКОВ АВЕНИР, ныне проживает в доме политкаторжан в Харькове…
<…>
…Массовые аресты и высылки анархистов выдвинули перед Харьковской организацией анархистов (далее — ХОА) вопрос о необходимости изыскания новых форм в анархистской антисоветской движении (так в тексте — прим. А.Д.).
В результате обсуждения этого вопроса, по инициативе ЗАХАРОВА П.П., ИВАНОВА И.П. и КАРУНА А. было решено уйти в глубокое подполье.
В момент ухода в подполье, в состав ХОА входили — ИВАНОВ И.Ф., ЗАХАРОВ ЦЕСНИК, Г., КАРУН А., ВАЛИЦКИЙ В.В., ХУДЯКОВ Г.С., БЕЛЕНСОН Абрам (видел его в Харькове в 1935 г. служащий[)], УРЯДОВ-ЩЕРБАКОВ А., РУДЗИНСКИЙ….
<…>
… В середине 1931 года в Харьков вторично приехала из Москвы Ольга ТАРАТУТА, посетила ЗАХАРОВА, ЦЕСНИКА, УРЯДОВА-ЩЕРБАКОВА, АВЕНИРА и меня, провела ряд совещаний.
<…>
В связи с приездом из Москвы анархиста МЕЛЫНЦЕВА в 1932 году, в квартире ИВАНОВА И.Ф. было созвано специальное совещание.
На этом совещании МЕЛЫНЦЕВ, наряду с задачами, стоявшими перед анархистской организацией, в части активизации её деятельности, проинформировал совещание о том, что анархистской организацией в Москве налажена регулярная связь с заграничным анархистским центром и, что наша организация должна повести работу по собираю сведений о жизни в СССР для передачи их заграницу…
…Решением совещания, каждому участнику организации было предложено собирать сведения, главным образом, по месту своей работы, о положении в Советском Союзе, в частности о неполадках на предприятиях, их технической оснащенности, недовольства рабочих и т.п., причем сведения нужно было передавать лично ИВАНОВУ И.Ф.»
Спустя чуть больше недели после ареста состоялась очная ставка между обв. Ивановым-Новописным А.П. и Урядовым-Щербаковым А.Г.
Иванов-Новописный показал о своем знакомстве с Урядовым с 1918 года, вставших на враждебный путь борьбы с большевиками. В период, когда большевики и анархисты заключили соглашение о том, что «анархисты из Курска должны доставлять на Украину в Харьков взрывчатые вещества, оружие и литературу», Урядов-Щербаков во время одной из доставок не довез взрывчатые вещества большевикам, а переправил их эсерам-боевикам, которые в этом время готовились к выступлению против большевиков.
Дальше он показал, что в 1920 году Урядов заведовал анархистской типографией «Набат» и те были в тесном контакте с Махно. А именно имел связь с разведчицей бандита Махно Ольгой Куриленко, через которую передавал специальные письма самому Махно об уходе в подполье. Это подтвердила сама разведчица, когда те отсиживали небольшой срок в заключении на станции Синельниково после их ареста органами ЧК.
После ответа Новописного и вопроса сотрудника НКВД, последовал краткий ответ самого Урядова-Щербакова, где тот подтвердил показания Иванова-Новописного. Понимая свое положение, анархист Урядов на очной ставке стал выдавать других анархистов, с кем он тогда работал в подполье.
Затем Иванов-Новописный дал показания на очной ставке об участии в нелегальной антисоветской анархистской организации его и Урядова до 1935 года, где те неоднократно встречались у второго на квартире и критиковали в присутствии его жены мероприятия Советской власти и руководителей партии и правительства, а так же говорили о необходимости активизировать террористическую работу их организации в СССР. Не забыл упомянуть и о встречах Урядова с другими членами их анархистской организации.
Тот согласился с пунктом о встречах, но отрицал свое участие в антисоветской анархистской организации.
У следователя НКВД Кузнецова возник вопрос о потенциальном оговоре Новописным Урядова, но после уточняющего вопроса Иванову-Новописному о возможности оговора, тот ответил удовлетворительно: «Я Урядова не оговаривать не намерен и подтверждаю свои показания полностью и удивляюсь как не совестно Урядову отказываться и затягивать следствие».
На следующий день состоялся допрос обв. Урядова-Щербакова А.Г., где тот прекратил запираться и начал давать показания:
«Вращаясь постоянно среди кадровых анархистов, которые как Ярошевская Ревека, Ольга Таратута, Липовецкий Борис и других, были анархистских убеждений и исходили с этих позиций, они время от времени при встречах старались затронуть разговор о жизни анархистов в подполье и их борьбе, показывая их как революционеров, которые не щадя своей жизни (толкали всякие решения?), которые были приняты в подполье анархистов.».
Чуть ниже он дал показания о своих встречах и антисоветских разговорах с анархистом Рудзинским о мероприятиях Соввласти. Рудзинский тогда же рассказал о том, что «сейчас все бывалые анархисты объединяться и проведут большую нелегальную работу против Советской власти».
Урядов-Щербаков же в беседе с Рудзинским заявил следующее: «Я смотрю на Советскую власть как на всякую власть которая чужда анархистам и готов на любые действия чтобы свергнуть Советскую власть».
На вопрос сотрудника НКВД обвиняемому о задачах их организации, которые они должны были выполнять на территории Советского Союза, анархист Урядов-Щербаков ответил следующее:
«<…> наша антисоветская анархистская организация добивается свержения советской власти путем вооруженного столкновения и подготовляет террористические акты против руководителей партии и советской власти. Для чего организация проводит большую вербовочную работу среди бывших анархистов»
Приложение 1
«4-й Отдел УГБ УНКВД по Харьковской области
ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНОЕ ПОСТАОВЛЕНИЕ
По следделу №68211 по обвинению УРЯДОВА /ЩЕРБАКОВА/ Авенира Гавриловича по ст.ст. 54-6, 54-8 и 54-11 УК УССР.
Харьковским Областным Управлением НКВД вскрыта и ликвидирована антисоветская террористическая шпионская анархистская организация, ставившая своей целью свержение Советской власти путем вооруженного восстания, которое приурочивалось к моменту нападения фашистских стран на СССР.
Участники организации создавали боевые отряды, которые должны были принять участие в вооруженном восстании, вербуя в эти отряды кадровых анархистов и прочий антисоветский элемент.
По данному делу арестованы и осуждены участники этой организации: ИВАНОВ-НОВОПИСНЫЙ, ВАЛИЦКИЙ, РУДЗИНСКИЙ и другие.
Привлеченный по настоящему делу обвиняемый УРЯДОВ-ЩЕРБАКОВ, как установлено следствием, являлся активным участником этой организации, в которую был вовлечен кадровым анархистом РУДЗИНСКИМ в 1933 году.
Об этом УРЯДОВ /ЩЕРБАКОВ/ показывает:
«…Признаю себя виновным в том, что я являлся участником антисоветской анархистской террористической организации, в которую был вовлечен в 1933 году кадровым анархистом РУДЗИНСКИМ Эдуардом…»
/л.д. 20/
На предложение РУДЗИНСКОГО принять участие в организации УРЯДОВ /ЩЕРБАКОВ/ ответил:
«… Я смотрю на Советскую власть, как на всякую власть, которая чужда анархизму и готов на любые действия, чтобы свергнуть советскую власть…»
/л.д.23/
УРЯДОВ /ЩЕРБАКОВ/ был информирован РУДЗИНСКИМ и ЛИПОВЕЦКИМ о том, что организация подготовляет террористические акты против руководителей партии и правительства и подготовляет вооруженное восстание с целью свержения Советской власти /л.д. 24, 28, 29./
Принял задание исполнять обязанности связиста с анархистами других городов Советского Союза и проводить вербовочную работу /л.д. 25/.
В 1935 году УРЯДОВ /ЩЕРБАКОВ/, будучи в Одессе, связался с кадровой анархистской УШАРОВИЧ, от которой получил анархистскую литературу и доставил в Харьков для передачи участнику организации ХУДЯКУ.
В 1936 году, будучи в Москве, связался с активной участницей анархистской организации Ольгой ТАРАТУТОЙ, от которой получил и доставил в г. Харьков письмо анархисту КАЗАКОВУ /л.д. 26,27/.
УРЯДОВ /ЩЕРБАКОВ/ был информирован о том, что организация собирает шпионские сведения и передает их иностранной разведке /л.д.32/.
По контрреволюционной работе УРЯДОВ /ЩЕРБАКОВ/ был связан с участниками анархистской организации РУДЗИНСКИМ, ИВАНОВЫМ-НОВОПИСНЫМ, Ольгой ТАРАТУТОЙ, ЗАХАРОВЫМ, ЯРОШЕВСКОЙ и другими /л.д. 25/. / Осуждены/.
Виновным себя признал. /л.д. 20,34/. Изобличается показаниями ИВАНОВА И.Ф. /л.д.1/, ИВАНОВА-НОВОПИСНОГО /л.д. 2-4/, и очной ставкой с последним /л.д. 5-14/.
На основании изложенного -
ПОСТАНОВИЛ:
Следдело №68211 по обвинению УРЯДОВА /ЩЕРБАКОВА/ Авенира Гавриловича по ст. ст. 54-6, 54-8 и 54-11 УК УССР — представить на рассмотрение Особой Тройки УНКВД по Харьковской области.
ОПЕРУПОЛНОМОЧЕННЫЙ 4 ОТДЕЛА УГБ
Сержант Государственной Безопасности п/п /КУЗНЕЦОВ/
УТВЕРЖДАЮ: ВРИД ЗАМ НАЧ 4 ОТДЕЛА УГБ
Ст. Лейтенант Государственной Безопасности п/п /ФРЕЙ/
« » апреля 1938 г.»
24 апреля 1938 года заседание Особой Тройки УНКВД по ХО постановила приговорить Урядова-Щербакова А.Г. к Высшей мере наказания — РАССТРЕЛУ. Решение приведено в исполнение 3 июня 1938 года.
В 1989 году во время Перестройки попал под действие ст. 1 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 16 января 1989 г. «О дополнительных мерах по восстановлению справедливости в отношении жертв репрессий, имевших место в период 30-40-х и начала 50-х годов» и был реабилитирован.
Источник: Уголовное дело №032525 по обвинению Урядова-Щербакова Авенира Гавриловича. 1938-1989 гг.