Это случилось летом 1518 года в Страсбурге. Не старая, но и не молодая женщина, фрау Троффеа, с утра пораньше вышла на городскую площадь и начала танцевать. Подоспевшие зеваки поначалу думали, что фрау сумасшедшая, хихикали и крутили у виска. Но затем некоторым сталоне до смеха. Кто-то из толпы подошел поближе и… тоже пустился в пляс. Потом другой, третий, четвертый. К вечеру танцоров было не меньше десятка. На следующее же утро (танец продолжался всю ночь напролет) число пляшущих достигло 30. Дальше – больше. Через неделю или две на площади Страсбурга плясали одновременно четыре сотни горожан. Некоторые падали от изнеможения, кто-то потом вставал, а кто-то оставался лежать – разбитый инсультом. Продолжалось это безумие, по разным данным, от недели до месяца. Без перерыва. И далеко не всем удалось пережить "танцевальную чуму".
История в Страсбурге была не уникальной. Началось все за несколько веков до этого и в общей сложности до 1600 года в средневековой Европе зафиксировано около 20 случаев подобных "дискотек". Где-то танцевали пять человек, где-то пятьдесят, а бывало, что и пятьсот. И далеко не всегда танцы проходили весело. Например, в середине XIV века в неистовый пляс бросилась сотня детей, путешествовавших по южной Германии. Выжили не все, а тех, кто выжил, судороги беспокоили всю жизнь. Но, пожалуй самый трагический эпизод произошел в 1237 году в голландском Утрехте, где две сотни человек устроили пляску на мосту через Мозель – мост обрушился, танцоры утонули.
Называли эти акции "танцевальной чумой" и "пляской святого Вита" - по имени раннехристианского римского мученика, обращение к которому, как считалось, могло излечить от эпилепсии. Шли к святому и обезумевшие танцоры, чтобы победить страсть к выделыванию коленец, точнее, их тащили в церковь родственники. Но, как вы понимаете, не помогало. Танец прекращался так же внезапно, как и начинался. Он мог продлиться пару часов, мог пару месяцев, а мог и всю жизнь.
"Все они почти не останавливались, а некоторые - танцевали, пока не сломали ребра и не умерли. Танцоры кричали, смеялись, плакали, громко пели. Некоторые шествовали голыми и делали непристойные жесты. Другие и вовсе походили на животных – они прыгали, прыгали, прыгали", - рассказывают средневековые хронисты.
А вот еще цитата - из "Большой бельгийской хроники" (Magnum Chronicon Belgicum) - о событиях, которые произошли 24 июня 1374 года:
"В Аахен прибыли толпы диковинных людей и отсюда двинулись на Францию. Существа обоего пола, вдохновленные дьяволом, рука об руку танцевали на улицах, в домах, в церквах, прыгая и крича безо всякого стыда. Изнемогши от танцев, они жаловались на боль в груди и, утираясь платками, причитали, что лучше умереть. Наконец, в Люттихе им удалось избавиться от заразы благодаря молитвам и благословениям".
Причины этой массовой танцевальной истерии до сих пор непонятны: от отравления заразившей пшеницу спорыньей и укусов паука-птицееда (как, например, эпидемия тарантизма в XV в Италии) до психической реакции на обрушившиеся бедствия – голод, войны и особенную чуму. После 1348 года Черная смерть приходила в Европу с завидным постоянством, каждые 20-40 лет, а бывало, что и чаще. Согласитесь, от таких ударов судьбы не только затанцуешь.
Вспомнили о массовых средневековых танцах в прошлом году, когда на мир обрушилась пандемия ковида. Британский режиссер Джонатан Глейзер снял десятиминутный фильм Strasbourg 1518. Там не про Средневековье, а про танцы в режиме самоизоляции. В отличие от страсбургских событий 500-летней давности герои Глейзера танцуют по одному – запертые в своих квартирах. Но в конце этого короткого, но динамичного фильма создается впечатление, что в пляске святого Вита зашелся одновременно весь наш слегка (или не слегка) обезумевший мир.