Ох, уж эти смешные христиане. Возможно только в моём окружении такие... но сильно сомневаюсь, думаю так везде. Сегодня была беседа с христианином, который называет себя "верующим", как будто в нашей стране верить могут только "псевдоправославные". Так вот, пару часов он рассказывал о том, как "верит", а потом заявил:
"Завтра уезжаю в другой город, запретил жене строго настрого мыть полы после моего отъезда, а то дороги не будет, я знаешь ли, суеверный...". Вот так, суеверия и религия живут душа в душу и даже не видят причин не уживаться). Может кто расскажет мне, где и в каком христианском писании накарябано бояться швабры или веника в дороге?)
Я, тем временем, в который раз вернусь к трудам монаха Нестора "Повесть временных лет". И как бы не утверждали многие, что повесть всего лишь фантастическая сага, других исторических летописей у нас почти нет. Будем опираться на то, что осталось.
Итак, снова напомню, князь Игорь, с присущей ему мудростью, пишет в договоре с греками : "Кто с русской стороны замыслит разрушить эту любовь, то пусть те из них, которые приняли крещение, получат возмездие от бога вседержителя, а те из них, которые не крещены, да не имеют пусть помощи от Перуна, да не защитятся они собственными щитами, и да погибнут они от мечей своих, от стрел и от иного своего оружия, и да будут рабами во всю свою загробную жизнь."
"На следующий день призвал Игорь послов и пришел на холм, где стоял Перун; и сложили оружие свое, и щиты, и золото, и присягали Игорь и люди его – сколько было язычников между русскими. А христиан русских приводили к присяге в церкви святого Ильи.
Запомните слова Игоря в X веке и для сравнения посмотрите Указы XVIII века. Оговорюсь, что если такие Указы существовали, то значит восемь столетий после Игоря, вера людей не была исправлена. Народ, особенно тот, который подальше от центра и городов, продолжает жить язычеством. Читать заговоры, кланяться деревьям, ворожить на воде и хлестать иконы веником за непослушание. Я пишу о народе в настоящем времени, т.к. и сегодня, в XXI веке, ничего не изменилось.
Еще Соборное уложение 1649 года однозначно предписывало богохульников «обличив, казнити, сжечь». Петр эту меру подтвердил. В XVIII веке силу вступили Устав Воинский 1716 г. и Морской Устав 1720 г, написанные лично Петром I. Начнём с Устава морского, так как требования к "Благому поведению" военных в нем расписаны более подробно.
Книга IV. Моркого Устава «О благом поведении на кораблях»:
«Кто будет чернокнижник или идолопоклонник - хотя всем христианам надлежит христиански честно жить, а не в лицемерном страсе Божий содержать себя, однако же воинские люди сие с вящшею ревностию уважать и внимать имеют, понеже (поскольку) оных Бог в такое состояние определил (в котором несравнительно чаще других смертным страхом себя подвергать должность имеют, неотложно), исполняя службу своего Государя и отечества. И понеже всякое богословие , победа и благополучие от единаго Бога Всемогущего, яко от истиннаго начала всех благих и праведного победодавца происходит. И Оному только молиться и на Него надежду полагати надлежит во всех делах и предприятиях. Все идолопоклонства, чародейства, с великим подтверждением запрещаются. И ежели кто такой найдется или сему подобный суеверный, или богохулительный, оный по состоянию дела, в жестоком заключении в железах, и кошками наказан, или весьма сожжен имеет место быть.»
(Под рукой у офицера на флоте всегда имелась «девятихвостая кошка» – особая плеть с девятью концами, оставлявшая на спине незаживающие рубцы).
Обратите внимание - восемнадцатый век, но не простой люд, а армия, люди особо приближенные к власти, поклонялись идолам, если понадобилось собственноручно Петру писать такие Указы.
Пункт 2. Кто имени Божию, службе Божией и Святым Тайным хулу и ругание учинит. - Кто имени Божие хуление приносит и оное презирает и службу Божию поносит и ругается слову Божию и святым Таинствам, а весьма в том он обличен будет, хотя сие в пьянстве или в трезвом уме учинится: тогда ему язык раскаленым железом прожжен и отсечена голова будет.
Вывод: поносили христианского бога и таинства вовсю, поскольку понадобились такие указы. Особо в моменты страха и опасности, как пишет Петр -в котором несравнительно чаще других смертных страхом себя подвергать должность имеют - сбивались, забывали, как надо и возвращались к настоящим молитвам. Неповоротливая в силу сверхцентрализации, самодержавная власть в своей борьбе с народным православием сильно буксовала.
Пункт 3. Кто будет Матерь Божию и Святых хулить и предания и уставы Кафолическия Церкви ругательными словами поносит: оный имеет, по состоянию его особы и хуления, телесным наказанием наказан, или живота лишен, по силе хуления.
Предполагаю, что в моменты опасности, да и просто в разговорах, использовали защитные матерные слова, которые мы с вами прекрасно знаем (и тоже используем, как защиту в момент опасности), вперемешку с христианскими святыми. Вот и получалось, что для христиан это звучало как ругань.
Пункт 4. Кто слышит таковое хуление, а не известит - оный, яко участник хуления, чина, живота, или своих пожитков лишен быть, по важности дела.
Интересно, что в Морском уставе рекомендовалось прощать хулителя, если считалось доказанным, что «богохуления токмо из легкомыслия произошли». Но тут же следовало уточнение: если богохульство происходит из-за легкомыслия, но неоднократно, то виновный должен быть «аркебузирован» (расстрелян).
Воиский Устав, в отличии от "кошек", предписывал за непослушание - шпицрутены. В зависимости от наличия или отсутствия отягчающих обстоятельств, т. е. причинения вреда и договора с дьяволом, Устав предусматривал различие в степенях наказания — от сожжения до наказания шпицрутенами, хотя в реальности шпицрутены зачастую подразумевали смертельный исход. (шпицрутен - штатный металлический шомпол к дульнозарядному огнестрельному оружию, применяемый для телесных наказаний). Здесь особенно следует обратить внимание -наказание полагалось не только чародею, но и тому, кто обращается к его услугам: «...кто чародея подкупит или к тому склонит, чтоб он кому другому вред учинил, оный равно так как чародей сам наказан будет».
А чародеи, надеюсь ясно, это все, кто не христиане.
Далее, племянница Петра I продолжила дело дяди. Последовал именной указ императрицы Анны Иоанновны «О наказании за призывание волшебников и о казни таковых обманщиков» от 25 мая 1731 года.
«А ежели впредь кто гнева Божия не боясь и сего Ея Императорского Величества указу не страшась, станут волшебников к себе призывать, или к ним в домы для каких волшебных способов приходить, или на путях о волшебствах разговоры с ними иметь, и учению их последовать, или какие волшебники учнут собою на вред, или мняще, якобы на пользу кому волшебства чинить: и за то оные обманщики казнены будут смертию, сожжены; а тем, которые для мнимой себе душевредной пользы, станут их требовать, учинено будет великое наказанье, биты кнутом, а иные, по важности вин, и смертью казнены будут; а буде означенные обманщики такие богомерзкие дела за собою имеют и вины свои в том объявят сами, без доношения на них от других кого: и оные вины отпущены им будут без всякого истязания.»
Полное собрание законов Российской империи с 1649 года. СПб., Собственная Е.И.В. Канцелярия. 1830. Т. VIII. 1728–1732. (5761). С. 465–466.
На протяжении всего XVIII века «простым людям» навязывалась роль носителей всевозможных заблуждений и суеверных мнений. При всей внутренней противоречивости, указ Анны Иоанновны не предполагал никакого различия в степенях провинности: независимо от того, оказался бы человек волшебником настоящим или мнимым, его ожидала смертная казнь.
Показателен случай, произошедший в Тобольске в 1738 году. Сибирский митрополит Антоний Стаховский, при жизни известный безжалостной борьбой со старообрядцами и (кто бы сомневался) канонизированный РПЦ в 1984 году, во время одной из литургий заподозрил двух женщин в раскольничестве. Ему показалось, что после причастия они выплюнули святые дары. Женщин схватили. Они под пытками сознались, что сплюнули святые дары случайно. Материалы следствия были отправлены в Синод. В Петербурге рекомендовали ограничиться в качестве наказания церковным покаянием. Но пока депеша шла в столицу, а потом возвращалась обратно, Антоний, руководствуясь предписанием Соборного уложения, сжег женщин в срубе.
По-моему сильно отличаются Указы "кровожадного" язычника Игоря и "пушистых" христианских императоров, вы как думаете?
А теперь ответьте честно, но только прежде всего самому себе, есть среди нас не суеверные? Удалось наказанием "кошками", шпицрутенами, кострами и отсечением голов ликвидировать народные суеверия? Кто ни разу в жизни не пожалел, что дорогу перебежала черная кошка с пустым ведром, кто не присаживался на дорожку, чтобы обмануть домового, кто не говорил "чур меня", кто на свадьбе не кланялся караваю, кто не слушал гороскоп, кто не загадывал желания падающей звезде, кто не стучал по дереву, кто не плевал через левое плечо, кто не искал клевер с четырьмя листьями и так далее...