Все началось с того, чем обычно заканчиваются сказки - со свадьбы. Неземной ангел, девушка моей мечты стала моей женой. Я любил ее дни и ночи, душил в объятиях, не мог обнаружить малейшего, самого незначительного изъяна и был счастлив. Меня не смущало ни то, что Лада, так предпочитала именовать себя моя любимая, начинала внезапно дуться, как только возникала любая бытовая проблема: будь то выход в магазин или в прачечную, ни зависимость ее настроения от стоимости очередного подарка. Она стремилась жить на острие чувств и не обременять себя прозой жизни.
Мне было приятно ее баловать, вкусно кормить, водить по дорогим ресторанам, интересным компаниям, задаривать тряпками и украшениями.
Закончилось это тем, чем и должно было кончиться - финансовыми затруднениями и разочарованием во мне драгоценной супруги и ее замечательной мамочки.
Отношение ко мне начало быстро меняться. Теперь со мной разговаривали, как с придурком, не понимающим элементарных вещей. Уже одно мое присутствие раздражало. Дальше больше: жена перестала воспринимать меня как мужчину, теща как личность. Мне пришлось выслушать много нелестного о своих мужских качествах.
- Милейший, - обращалась ко мне теща, как барыня к лакею, - когда уважающий себя мужчина женится, он должен в первую очередь думать, как обеспечить жене достойное существование.
Она была в принципе права, вопрос был в другом, что следовало понимать под «достойным существованием». В этом наши представления расходились радикально.
- Вы прекрасно знаете, из какой Ладочка семьи, - продолжала в той же тональности замечательная женщина и мать. - У нас в доме не принято считать гроши!
- Уи, товарищ Валентина Ивановна, - оставалось мне отвечать на условном французском языке. - Не всем же быть такими великими людьми, как ваш Автоном Автандилыч!
- Прошу не фиглярничать и не коверкать имя моего мужа! Вы не стоите его мизинца. Антон Аркадьевич был настоящим аристократом и выдающимся государственным деятелем!
Надо сказать, что теща и ее покойный супруг были не феодальной, а советской аристократией. Ладочкин папа состоял каким-то сотым подползающим при Леониде Ильиче Брежневе.
Поэтому любимое чадо родители назвали в честь великого человека Леонидой и почитали себя национальной элитой. То, что величие было в прошлом, теща не могла признать и всех новых хозяев жизни считала выскочками и плебеями. Вдвойне плебеем казался ей зять, не желающий достойно служить ее богорожденному ребенку.
Никакие мои объяснения по поводу отсутствия денег на неразумные траты дамами не принимались. Мама с дочерью снисходительно усмехались, многозначительно переглядывались, а потом с жалостью следили за неуклюжими попытками нищего скопидома оправдать свою несостоятельность.
В конце концов, мои финансы не выдержали двойной нагрузки, пропели все известные романсы и заглохли без аккомпанемента.
Без денег проблема решилась сама собой. Лада-Леонида бросила нищего мужа и вернулась под ласковый материнский кров.
Угорев от семейных радостей, я пытался пресечь попытки тещи вынудить меня отдать Ладочке свою квартиру в компенсацию за понесенный ею моральный ущерб, и даже запил.
Родственники жены пообещали устроить мне веселую жизнь с крупными неприятностями, и я остался один на один при своей разбитой любви и денежных проблемах.
Думаю, здесь не стоит говорить о переживаниях связанных с разводом и уязвленным самолюбием.