Люди решили сковать его магию, а крылья лишить подвижности с помощью золотых цепей

По длинному светлому коридору с мраморным полом разносился гулкий стук каблуков моих кожаных ботфорт. Я спешно направлялась в лазарет, не обращая внимания на любопытные взгляды людей, расступающихся передо мной. От вести, которую принесла мне лекарь, сердце сильно стучало в груди, а в голове беспорядочно роились мысли и воспоминания о вчерашнем дне. Она сказала, что Далия очнулась и… заплакала. После того как демон свалился без сил, Далия тоже потеряла сознание и не просыпалась ни по пути в наш лагерь, ни всю последующую ночь. Спасательный отряд вывел нас из логова предателя, но других отступников и демонов мы там не нашли. Кажется, узнав о приближении охотников, они поспешили скрыться. Крылатого демона мы доставили в цитадель* Совета. Люди решили сковать его магию, а крылья лишить подвижности с помощью золотых цепей, обладающих магической силой и не позволяющих кому-либо вырваться из пут самостоятельно. Демона заперли в башне, в темнице, до тех пор, пока Совет не решит его судьбу. Я знала, что они не собираются убивать его. По крайней мере, сейчас. Он был силен и могущественен – люди еще не встречали подобных существ. И сейчас он мог стать для них зверем в клетке, над которым они будут проводить экспери- менты до того злосчастного мига, пока не замучают его до смерти. Я не жалела – ни его, ни о том, что способствовала его поимке и доставке в цитадель. Теперь наши пути разошлись, и его жизнь в руках людей. Моя работа на этом закончилась. Сейчас меня больше беспокоило состояние Далии. Я не знала, что демон сделал с ней, но весть об ее длительном забытье и эмоциях, которые не свойственны охотникам, скоро может дойти до Совета. Я впервые готова была признаться самой себе, что чего-то боялась. Я боялась, что после этого Далию заберут у меня. Если ее поведение не будет соответствовать поведению охотницы, то Совет может принять решение убрать ее со службы. И кто знает – что они могут с ней сделать в этом случае…