Разговоры о философах и философии навивают скуку и зевоту. Кто из студентов даже философских факультетов читал «Критику чистого разума» Канта?
Думаю, таких немного. Дело не в скучных идеях, а в форме изложения. Сейчас всё динамичнее, быстрее, красочнее и… короче.
Чтобы не смешивать имя Канта с зубодробительной скукой, – всего одна растиражированная цитата. «Der bestirnte Himmel – Звездное небо».
«Две вещи наполняют душу всегда новым и все более сильным удивлением и благоговением, чем чаще и продолжительнее мы размышляем о них, – это звездное небо надо мной и моральный закон во мне».
Для любителей покопаться в оригинальных текстах:
«Zwei Dinge erfüllen das Gemüt mit immer neuer und zunehmender Bewunderung und Ehrfurcht, je öfter und anhaltender sich das Nachdenken damit beschäftigt: Der bestirnte Himmel über mir, und das moralische Gesetz in mir».
Говорят, что для душевного равновесия и практической эффективности в делах – лучше всего не терять чувство юмора, и не воспринимать себя уж слишком всерьёз. В этой связи другая цитата, которая особенно мне близка в силу военного прошлого:
«Чапаев ещё несколько секунд глядел в небо, а перевел взгляд на большую лужу прямо у наших ног и выплюнул в неё окурок. Во вселенной, отраженной в ровной поверхности воды, произошла настоящая катастрофа: все созвездия содрогнулись, и на миг превратились в размытое мерцание.
– Что меня всегда поражало, сказал он, – так это звездное небо под ногами и Иммануил Кант внутри нас.
– Я, Василий Иванович, совершенно не понимаю, как это человеку, который путает Канта с Шопенгауэром, доверили командовать дивизией»[1].
[1] Виктор Пелевин, «Чапаев и Пустота».