На нём была накинута какая-то сеть. Велисса говорила, что именно она блокирует магические способности.

Сам султан, эдакий невысокий колобкообразный субъект, сидел на этом троне в куче разноцветных подушек и пуфиков. Рядом с ним стояло двое слуг с большими веерами на длинных ручках. Опахала, или как они там называются. Перед султаном на подносе лежала гора разнообразных фруктов. Блин, я тоже так хочу посидеть… Перед троном стоял высокий человек в чёрных одеждах и высокой чалме на голове и с посохом, который венчала голова змеи. В центре чалмы был большой драгоценный камень, от которого шло длинное перо. Бедная птичка. Долго, наверное, отращивала такое пёрышко, а его взяли внаглую выдрали. Причём не только у неё одной. У султана в его белой чалме тоже были камень и перо. Вся остальная часть присутствующих состояла из джиннов, которые окружали Райнела, стоящего в центре зала. Ага, называется, ловись рыбка большая и маленькая. — Как преступник против султана, — вещал длинный, — ты, неверный, будешь казнён. — Как только, так сразу. Сначала объясни, в чём я виноват перед султаном. А то схватили, притащили, и сразу казнить собираются, — возмущённо ответил Райнел. — Трепещи, неверный, ибо смерть твоя близка. — Слушай, а тебе кто слова писал, а? Познакомишь? Я себе тоже такие хочу. — Как ты смеешь прерывать меня? За это тебе вырвут язык, — прокричал длинный. — Ты бы уж определился, казнить меня, или вырвать язык. Или сначала вырвать язык, а потом казнить? Можно ещё сначала казнить, а потом уже вырвать язык. Только это уже надругательство над мёртвыми, и боги вас за такое по голове не погладят… Длинный явно был уже на грани срыва. По крайней мере, глаз у него уже дёргаться начал. Причём сначала один, потом другой. И тоненькие усики тоже подёргиваться начинают… — Надир, заканчивай быстрее, народ на площади ждёт, — пожаловался со своего места султан. — Слушаю, повелитель! — Надир повернулся к трону и поклонился. Я повернулся к Велиссе и джинну, который был с нами. — Можешь отвести девушку в безопасное место, а то тут сейчас шумно будет? — поинтересовался я у синего. — Будет сделано, о Великий! — ответил тот. — Но я не хочу уходить, — возмутилась девушка. — Велисса, я не хочу, чтобы кто-то вас ненароком зацепил. Ты ведь можешь пострадать. — Главное, сделать вид, что ты о ней беспокоишься. Но проблема была в том, что я действительно за неё беспокоился, чтобы с ней ничего не случилось… — Не беспокойся. Мы тут быстренько всё уладим и скоро будем. — Хорошо, я буду ждать тебя… вас, — кивнула Велисса, потом как-то странно посмотрела мне за спину. В следующую секунду её голова исчезла из дверного проёма. Джинн-то уже давно испарился. Интересно, а почему в зале такая тишина? Дайте угадаю, на меня сейчас смотрят, да?.. Я повернулся лицом к присутствующим. — Приве-ет, — я помахал ручкой, скромненько улыбаясь. Типа, а я тут мимо проходил. И вообще, это не я, это тумбочка тут стоит. Но похоже, что в тумбочку никто не поверил, потому что моё приветствие произвело фурор. Джинны, которые до этого просто с офонаревшим видом смотрели на меня, побросали верёвки, удерживающие Райнела, и забегали по залу, в поисках подходящей посудины, чтобы спрятаться.