В нашем районе разобрали еще одну голубятню... А ведь когда-то они были у нас чуть ли не в каждом дворе - держать голубей считалось особым шиком. А я, маленькая, все удивлялась - зачем всем эти голуби - не приласкать их, ни поиграть с ними. То ли дело кошка!
По всему, голуби мужское развлечение - бегать по лестницам, свистеть, гонять птиц и убирать помет - для большинства женщин сомнительное удовольствие.
Но, бывают исключения и одно из них жило на нашей улице - молодая жена нашего соседа Володи - Люба. Мимо этой пары пройти, не обернувшись, было невозможно - оба невысокие, крепкие, ярко-рыжие и конопатые. И пацаны у них народились такие же - в масть!
Свадьба Володи и Любы одно из первых воспоминаний моего детства - на ней гуляла вся улица - длиннющие, собранные по всем соседям столы выставили в саду, открыли для всех калитку, а мы, малышня, забирались под столы и устраивали салочки между ног гуляющих.
И вдруг посреди танцев и криков “Горько!” невеста, как была в белом платье, вдруг взлетела по лесенке на голубятню и кааак свистнет - в два пальца (кто понимает, тот оценит)! Это было очень красиво - рыжая девушка в белом на фоне голубого неба, а вокруг кружащиеся голуби. После чего, оттуда же, с голубятни, она стала осыпать детвору конфетами.
Наши детские сердца были покорены навеки, чего нельзя было сказать о более старшем населении улицы.
Люба с Володей всегда были главной темой для местных сплетниц (и чего уж там - сплетников). Им не прощали свободу громко переругиваться, смеяться и вообще всю ту легкость, что была им присуща.
Их можно было назвать, пожалуй, передовыми феминистами нашей улицы - Володя всегда помогал Любе с детьми и по дому. Это очень нервировало местных чинных дам и те всегда искали (и всегда находили!) минусы в их жизни, которыми потом долго переплевались между собой.
- Любка Вовку ни в грош не ставит - заставляет за пацанами в сад ходить, да еще и стирать! Вот сбежит он от нее - увидишь!
- Посмотри, Любка совсем за пацанами не следит - вечно бегают чумазые!
А дети, сверстники Любиных пацанов - завидовали им - их никогда не ругали за рваные и испачканные штаны, червей в карманах и фантики. Хотя избалованными они тоже не были - всегда четко исполняли наказы родителей. Сказали в семь домой - дети неслись минута в минуту!
Но пожалуй больше всего удивляла меня (и раздражала окружающих) открытая эмоциональность пары - они могли запросто обняться, называть друг-друга дурацкими прозвищами и порой даже переругиваться.
Это было совсем не принято - чинный дресс-код гласил - все должно оставаться за забором. Мы знали, что за некоторыми стенами творились куда худшие вещи, но главное было не выносить ничего на люди. На вид выносилась правильная, чинно-степенная жизнь.
И вот этот самый диссонанс больше всего, как мне сегодня кажется, выводил из себя окружающих.
Но, Любе с Володей было все равно - они растили детей, занимались хозяйством и разводили голубей, шутили, переругивались и наперегонки бегали на свою голубятню.
Стоит Люба, запрокинув голову, свистит, а юбка развивается, оголяя крепкие ноги - срамота! - плюются местные тетеньки, тихо завидуя.
Они одни из первых съехали с нашей улицы, когда фабрика стала давать квартиры. Голубей пришлось раздать - пока мама Володи там жила, они еще приезжали, но после ее смерти пришлось продать и дом.
Прошло уже много лет, я иногда вижу Любу, гуляющую по нашей улице. Муж Володя, говорят, уже плохо ходит. Да и она, и раньше не худенькая, уже не похожа на ту рыжую оторву - тяжелая, седовласая женщина с пучком.
А там, где была их голубятня - сейчас возвышается стена некультяпого псевдоособняка.
И хотя я до сих пор не понимаю людей, заводящих голубей, а предпочитаю котов и собак, мне почему то искренне жаль эти исчезающий голубятни и уходящих один за одним людей, которые так ловко когда-то гоняли этих прекрасных птиц.