Затем взгляд Королевы сместился с него, стоящего по струнке в своей форменной одежде, на ту развалину, которой стала Мелисса

Лиам сделал еще один легкий поклон, хотя без особого воодушевления. — Ее имя Мелисса МакКлеллан, Ваше Величество. И она моя — была моей — женой. Она исчезла два года назад. Я и понятия не имел, что она здесь, — он тяжело сглотнул. — Когда она исчезла, я решил, что она сбежала. Выражение лица Королевы стало немного мягче. — Значит ребенок, которого она потеряла, был твой? — она склонила голову. — Мы сожалеем о вашей потере. Утрата ребенка — это чудовищно. , а та смотрела только на темноволосого ребенка, и то что-то напевала для девочки, то осыпала ругательствами охранников, которые держали их отдельно. — Похоже вы лучше справились с этим несчастьем, — сказала Королева немного преуменьшив. — Какая жалость. Лиам опустил глаза в пол, видя скорее далекое, счастливое прошлое, чем плитки с драгоценными камнями и причудливыми узорами. Он вздохнул. — Да, Ваше Величество, так и есть. — И что же ты предлагаешь делать с этим нежданным ребенком, Баба Яга? — спросил Король. — Тебе было обещано, что ты сможешь забрать всех детей домой, в качестве награды за помощь нашему Королевству. Я уверен, моя возлюбленная супруга согласится, что этот ребенок тоже подпадает под эту договоренность. Баба развернулась к Лиаму, на ее лице отразилось замешательство. — Хм. Ну, а ты что думаешь, Лиам? Есть ли кто-то, кто ждет ее дома? Он стоял в раздумьях, разглядывая пол у ног столь невозмутимой, но все же с какой-то чертинкой, девочки. — Я не припомню, были ли у этой семьи близкие родственники. И откровенно говоря, даже если бы и был кто-то, я не уверен, как я объясню, что ребенку уже шесть лет, хотя прошло меньше года. Слава богу, что этого не произошло ни с одним из других детей, — он покачал головой. — Но и оставить ее здесь, я не считаю возможным. Особенно с Мелиссой. Сама мысль об этом пугала. — В том то и дело, — Баба задумчиво смотрела на ребенка. Она похлопала по губам длинным пальцем. — Возможно, я кое-что придумала. Не возражаешь, если я попробую одну вещь? " К черту, в любом случае, у него не было других идеи " . — Вперед. " Это должно быть интересно " . Даже Королева выглядела весьма заинтригованной, когда Баба подошла к ребенку, который рассматривал экзотическую дворцовую обстановку широко раскрытыми карими глазами. — Привет, — сказала Баба, присаживаясь, чтобы быть одного роста с малышкой. — Меня зовут Баба Яга. А у тебя есть имя? Маленькая девочка моргнула и бросила взгляд через плечо на то место, где стояла Мелисса, теперь неподвижно. — Мать зовет меня Ханна, — сказала она таким тоном, что стало ясно, что она сама была не в восторге от той женщины, которую она называет "Мать" или от имени, или от того и другого. Лиам вздрогнул, когда услышал имя. Ну конечно Мелисса использовала имя их умершего ребенка; она неверное и сама уже не понимает, что это не один и тот же ребенок.— Хм, — повторила Баба. — Понятно. Она пристально посмотрела ей в глаза, как будто разговаривала с другим взрослым человеком. — Скажи мне, ты знаешь, что существуют два мира — этот, его зовут Иноземьем и человеческая реальность, где живут Люди? Ханна кивнула. — Мать рассказывала мне истории о той другой реальности. Она ей не нравилась. — М-м-м, — Баба пожала плечами. — Ну, ей там пришлось многое пережить. Понятно, что ей не понравилось. Но поверь мне, там может быть очень хорошо. А она сказала тебе, что ты Человек, и что пришла из того мира, а не из этого? Ханна покачала головой и неровные прядки волос запрягали вокруг ее ушек. — Другая женщина рассказала мне об этом. Она обычно звала меня «Человеческий ребенок», как-будто это что-то плохое. Малышка, сощурив глаза, посмотрела на стоящую перед троном угрюмую Майю, с которой беспрерывно капала вода. — Но мне было все равно. Она мне не нравится. — А кому нравится? — пробормотала Баба себе под нос. Лиам видел как она вся собралась, как будто что-то, пока неизвестное ему, но важное для нее, зависело от ответов на ее следующие вопросы. У него не было ни одной стоящей идеи, что все это ей даст. Или нестоящей идеи, если уж на то пошло. Но все же, не смотря на все, он решил, что верит ей. Чтобы это ни было, он не сомневался, что это будет в интересах ребенка.